Тайны ночи

Не помогла даже крона, которую мы ей дали в качестве моральной компенсации.

— Спасибо, лейтенант.

Молодой человек нехотя поклонился:

— А теперь, милорд, нельзя ли узнать, какое отношение ко всему этому имеет Новая Республика?

— Нет. Тем не менее продолжайте расследование. Узнайте, нет ли среди местной знати тайных приверженцев этой секты.

— Тайных приверженцев? — переспросил Крипп, явно заинтригованный. — Черт возьми, милорд, это сильно усложняет дело.

— Вот именно, Крипп. Выясните, пожалуйста.

Ротгар долго еще смотрел вслед уходящему офицеру.

Конечно, заговор за пределами секты мог иметь место, но это маловероятно. Известно ведь, что коттериты строго и искренне придерживаются своего, особого образа жизни.

Нет, скорее всего на Бренда напали по личным мотивам, причем по наущению женщины. Потому-то Ротгар и не хотел, чтобы Крипп вникал в это дело. Надо разобраться во всем самому. Рано или поздно виновная в страданиях его брата будет наказана.

Они выбрались на рипонскую дорогу, миновав узкую тропку, едва пригодную для езды.

К этому времени Диана стерла весь грим со своего лица и почти полностью очистила от него лицо Розамунды.

— Оставим только чуть-чуть, чтобы скрыть твои шрамы, — пояснила она. — Это и впрямь здорово помогает.

Взглянув в зеркало, Розамунда вынуждена была согласиться, несмотря на то что ей и не нравилось ее набеленное лицо.

— Все время так ходить я не могу!

— Ну тогда накладывай грим, когда выходишь на люди. Вероятно, есть и более естественный тон. Давай заедем в Ричмонд, к Далей.

Она тебя быстро научит.

— Нет, мне надо поскорее вернуться в Венскоут. Я переживаю за Дигби. Как бы Эдвард его не расстроил!

— По словам коттерита, Эдвард уже уехал.

— Да, но он вернется и на обратном пути непременно остановится у нас.

Диана сжала руку Розамунды:

— Надеюсь, Эдвард скоро нам будет не опасен. И Дигби утешится.

Розамунда красноречиво поморщилась.

— Весьма необычный способ утешить мужа: «Дорогой, радуйся. Я наставила тебе рога, и ты будешь растить чужого ребенка!»

— Разве он не этого хочет?

— Он хочет ребенка, а не рога.

— Одно без другого никак не получится.

Розамунда тяжело вздохнула.

— Вся беда в том, что мне понравилось заниматься любовью, Диана. Больше того, я влюбилась в Бренда Маллорена! Вот в чем мой грех. Я обманула Дигби и боюсь, как бы он не догадался об этом.

Диана уверенно проговорила:

— Он не должен ни о чем догадаться.

Помолчав, Розамунда кивнула:

— Ты права. Мне нельзя его обижать.