Тайные тропы

— Да, но заметьте, что я бы на вашем месте не шутил... Нам друг перед другом кривить душой нечего. Вы знаете, кто мы. Но, возможно, только вы один об этом знаете. А о том, что вы сотрудничаете с гестапо, знают все.

— Этого не может быть, — мотая головой, пробормотал Моллер и еще раз оглянулся на дверь.

— Как же не может быть, когда старик Вагнер намекнул вам на это еще в первый ваш визит в этот дом... Или до вас это не дошло?

— Неужели он намекнул на это?

— А на что же другое?

— Вас интересует человек, который и нас интересует не в меньшей мере.

.. Даже глупец может понять, что вы ходите сюда из-за Гуго Абиха, а не почему-либо другому...

— Абих сволочь... тип... Он определенно имеет связи с коммунистами, — прошептал, задыхаясь, Моллер. Губы у него пересохли.

— Если бы это было определенно, — прервал его Никита Родионович, — то он бы не сидел сейчас внизу в столовой, а сидел бы... там. Это нужно доказать.

— И я докажу, докажу...

— Ничего вы не докажете, — грубо оборвал Ожогин. — Вы только срываете работу других.

Вы провалите все дело, если уже не провалили. Завтра я буду там и скажу свое мнение майору. Вы не только мешаете, вы бросаете тень на нас с Грязновым. Прикрывая свои визиты сюда дружбой с нами, вы настораживаете и Вагнера, и Абиха. Если вас считают сотрудником гестапо, то станут считать и нас. Вот чего вы добьетесь своими нахальными посещениями...

Моллер извлек из кармана грязный носовой платок и как-то грустно сморкнулся.

— Вы этого не сделаете, — пробормотал он.

— Почему вы так уверены?

— Я вас считаю нашим человеком.

..

— Это не значит, что вы можете гадить мне и ставить меня под удар.

— Нет. Будь он проклят, этот Абих! Стоит он у меня поперек горла. Вожусь я с ним сколько лет... Но если дело принимает такой оборот, я готов последовать вашему совету. Но учтите, это хитрая бестия...

— Тем более, — заметил Ожогин. — И если вы нарушите свое обещание и начнете вновь совать сюда свой нос, то пеняйте на себя.

Моллер медленно поднялся со стула и прошелся по комнате.

— Хорошо... хорошо... Я сделаю так, как вы говорите, но меня обижает ваш тон. Зачем так грубо, резко? Разве это вызывается необходимостью? Ведь мы же культурные люди.

— Коль скоро мы договорились и нашли общий язык, я могу принести вам свои извинения.

— Ради бога, что вы... Это я между прочим... Мне очень неприятно было все это слышать. Останемся друзьями. Вашу руку... Вот и отлично.

Пожав руку Ожогина, Моллер окончательно успокоился и пришел в себя.