Что-то зловещее.
— Неужели!
— Ты не должна позволить, чтобы тобою воспользовались. Здесь чувствуется какая-то сила…
— Постойте, у меня кое-что есть! Вемунд Тарк отдал мне свой носовой платок, чтобы я вытерла руки после того, как перевязала молодого Эдвина. Я довольно сильно запачкала платок кровью, и он не взял его. Подождите, я его сейчас найду!
Она засунула руку в карман юбки.
— Ах, я же сменила юбку, когда вернулась домой. Увы! Или… подождите, я положила его в сумочку!
Она сбегала за сумочкой в другой конец комнаты.
— Есть! Я нашла носовой платок. Извините, но он немного испачкан!
— Ничего, сойдет, — сказала Ингрид. Она потрогала его, подержала в руке.
— Задача несколько осложняется, — пробормотала она. — Из-за крови Эдвина на платке. Я чувствую много приключений этого бездельника с женщинами, вижу непостоянство в его будущей жизни — он будет батраком, вечно меняющим своих хозяев. Но мне кажется, что на склоне лет он угомонится. Между прочим, он зачат в грехе. Только ни в коем случае не говори об этом Нильсу! Ладно, довольно с Эдвином.
Теперь я опускаюсь глубже…
Ингрид закрыла глаза.
— Да, это должен быть Вемунд Тарк! Вот та сила, о которой я говорила. Он хорош собой?
— О да! Именно в моем вкусе, и, вероятно, в Вашем тоже.
Ингрид кивнула головой.
— Но не позволяй ему использовать себя в своих целях. Я никак не могу ухватить, что он за личность… Он — одинокий волк. В душе у него затаилось безграничное отчаяние. Но почему? Я чувствую недовольство, но не такое сильное здесь. Мне это непонятно.
Позволь мне еще раз подержать твою руку?
Элизабет протянула ей руку.
— Сопротивление, — прошептала Ингрид с закрытыми глазами. — Подумай, как следует, девочка! Не допусти теперь ошибки!
— Это что-то опасное?
— Нет, опасности я не вижу. Но я вижу что-то наподобие фасада. Стену или нечто в этом роде. Красивую, красивую стену. Но сопротивление не пропускает меня дальше. И тебя тоже.
— Вы говорите загадками!
— А из чего еще состоять будущему как не из загадок?
Она открыла желтые глаза и уставилась на Элизабет.
— Как раз за фасадом и существует тайна. Отвратительная! Они боятся, как бы она не стала известна!
— «Они»?
— Семья Тарков. Вся. И Вемунд тоже, он замешан. О да, он погряз по колени в дерьме.
— А Лиллебрур?
Ингрид нахмурила брови.
— Я его не вижу. Он кажется совсем безликим. Как будто он прячется. Дай мне платок еще раз.
Элизабет, полностью поглощенная услышанным, протянула ей платок.
— Проклятый Эдвин, — проворчала Ингрид.
