Там, за передним краем

До меня ли ей сейчас»…

На следующий день Вадим ни разу не вышел в школьный коридор. Сидел во время переменок в классе, боялся, а лучше сказать стыдился встречи с Ирой. Не выходил во время переменок и еще один день. На третий друзья-одноклассники вытащили его на улицу: не хватило одного человека в волейбол поиграть. А когда прозвенел звонок и все направились в классы, Вадим оказался рядом с Ирой.

— Обиделся? — улыбнувшись, спросила она. — На это не обижаются. Приходите вечером с Сашей.

Вадим не успел ответить — Ира свернула в свой класс.

Но глаза его сказали больше, чем надо. Он рад, что его простили, что снова может видеть ее.

Однако вечером придти не удалось. Дома его ждала повестка из райвоенкомата. Вадим быстро пробежал ее глазами. «С собой иметь две пары нательного белья, продуктов питания на трое суток, кружку, ложку…»

Через три дня с туго набитым «сидором» за плечами стоял он в строю у военкомата. Рядом был и Саша Юрлов. Не отрывая глаз, смотрели и смотрели на них матери. Пришли проводить и девушки.

Они стояли в сторонке, ободряюще кивали. Потом рюкзаки положили в повозки, лошади тронулись. Все стали прощаться.

— Обязательно пиши мне, — пожимая руку Вадиму, говорила Ира. — Я буду очень ждать. И писать…

Вот и все. Прощай, Вишневка! Когда-то мы с тобой еще встретимся?.. До свиданья, школа! Жди, обязательно жди меня, Ирина!..

— Ты чего это сам с собой разговариваешь? — толкнул Лаврова старший сержант Николаев. — Идет, что-то шепчет. Или с умным человеком и поговорить приятно? Признайся, о ней думал?

— Вот и я тоже.

Иду, а перед глазами все время Алла. Ее улыбка, лучик солнца в волосах…

Повозка снова остановилась. Лида Ясюкевич склонилась над Девяткиным, прислушалась. Потом торопливо отбросила прикрывавшую его шинель, приложила ухо к груди. Через несколько секунд подняла голову, прикрыла у Гриши веки и горько заплакала.

— Он умер, — чуть слышно проговорила она. — Так и не пришел в сознание. Я думала, что ему лучше стало и он дремлет…

Место для захоронения выбрали на высотке, что была рядом с дорогой.

Николаев, Лавров и Никитин быстро вырыли могилу. Тело Девяткина сняли с повозки, переложили на плащ-палатку, осторожно подняли, понесли. Девушки успели набросать в яму сосновые и еловые ветки.

— Прощай, Гриша! Прощай, дорогой наш солдат! — сказал капитан Кучеренко. — За смерть твою мы сполна отомстим.

Тело медленно опустили. Зашуршала земля. Трижды прозвучал прощальный салют. «Эх, земляк, земляк! — думал Вадим.