Там, за передним краем

Сильный ветер, дувший с моря, будто пытался остановить ее, повернуть вспять, но лишь поднимал волны. Взъерошенная река легко и свободно катила свои воды, посмеивалась над незадачливым ветром. И невольно в памяти всплыли гоголевские строки, которые в школе учили наизусть: «Кто из казаков осмелится гулять в челне в то время, когда рассердился старый Днепр?» Непросто пуститься вплавь на утлом челне и по Даугаве. Здесь, в устье, как и на Днепре, не каждая птица долетит до ее середины. Но птице, может быть, и не обязательно быть на том берегу.

Артиллерия била с обеих сторон. Над рекой то и дело вырастали огромные столбы воды. Справа и слева трещали автоматы: бой за Мангалю еще продолжался. А бойцы четвертой роты уже рассыпались вдоль берега, поднимали затопленные лодки, выливали из них воду. Майор Воронков — он шел в атаку вместе с солдатами — приказал немедленно грузиться. И с завидной для его плотной фигуры легкостью первым прыгнул в одну из лодок.

— Пока не рассвело как следует, — громко произнес он, — фашисты не разберутся, кто плывет. Подумают, что свои. Так что быстрее в лодки, товарищи! Патронов побольше прихватите и зря не тратьте. Их еще не скоро доставят на тот берег. Вперед!

Надя и Рита не стали ждать особого приглашения. Скоренько заняли места в широком рыбацком челне, на всякий случай приготовились к стрельбе из винтовок. Расселись по лодкам и другие солдаты. Лавров устроился вместе с лейтенантом Николаем Жуковым.

В это время к устью Даугавы пробилась и пятая рота. В камышах и кустарнике нашлось еще около двадцати полузатопленных лодок. О месте, где они запрятаны, Ивану Степановичу Портону сообщили накануне местные жители. Не мешкая ни минуты, капитан приказал погрузиться и двинуться вслед за четвертой ротой. Сам же и возглавил эту группу десанта. Лида Ясюкевич и Дина Абрамова прыгнули в лодку к лейтенанту Павлову.

В предутренней дымке две роты батальона плыли к западному берегу. Четвертая оторвалась метров на 200–300. Солдаты гребли, выплескивали воду за борт, теряли и находили курс к месту причала, покрепче прижимали к себе оружие, чтобы не намокло, не отказало потом в нужный момент. Фашисты почти не стреляли. Лишь вспарывали воздух снаряды, то тут, то там рождая фонтаны.

Вот уже хорошо видны песчаные дюны, редкие кустики. Сильное течение тащит лодки в залив.