Там, за передним краем

После обеда минут десять драил куском сукна сапоги, не жалея слюны. Осмотрел со всех сторон, самому понравились. И пошагал к политотделу, который располагался примерно в километре, тоже в лесу, в землянке.

День был яркий, солнечный. С моря дул прохладный ветер. На небе — ни облачка. Успокаивающе шумел сосновый лес. Вадим шел напрямик. Он рад был сейчас всему: солнцу, гулу моря, вот этим красавицам с шелушащимися медными стволами. Около одной из них остановился, увидев свежий, янтарный наплыв смолы. Пригляделся получше: в дерево впился осколок, и теперь сосна сама лечила рану свою.

Соком своим, слезами своими закрывала ее. Вадим протянул руку, чтобы поправить наплыв, как вдруг сверху что-то посылалось на пилотку. Мгновенно перехватил винтовку, взглянул вверх. А там, откинув трубой пушистый темно-рыжий хвост, сидела на сучке белочка. В передних лапках у нее была сосновая шишка. Зверек быстро-быстро вращал ее. Вниз беспрерывной струйкой летела шелуха. Но вот вместе с шелухой полетел и огрызок шишки. Белочка прыгнула на другую ветку, пробежалась по ней до конца, а с нее — на соседнее дерево. И опять с шишкой сидит. Удивительно, ведь только вчера здесь бой прошел. Казалось, все живое скрылось отсюда. Ан нет. Воистину, лес без зверей, а только с людьми — это не лес. Не будет же белка жить в поле. Будто чувствует она: тишину здесь установили навсегда.

Метров через сто сержант остановился в изумлении: на небольшом взгорке росла группка берез. Среди вековых сосен они были подобны юным созданиям в белых платьицах.

Только поредел их золотистый убор. И хоть ветер был слабый, листики, то один, то другой, срывались с ветвей и мягко ложились на землю.

Вадим подошел ближе. Сладко защемило сердце. Такие же вот березки росли возле дома у дедушки. Он звал их не иначе как подружки.

На опушке леса, где погуще сосняк и много кустов орешника, можно было разглядеть несколько землянок. Лавров направился к той, которая была побольше. Его остановил грозный окрик:

— Сержант Лавров, по вызову.

— Минутку. — Часовой приоткрыл дверь землянки, доложил: — Сержант Лавров, по вызову. — Чуть подождал, повернулся к Вадиму: — Проходите.

Сразу с улицы в землянке показалось очень темно. Но Лавров все же увидел, как из-за стола поднялся полковник. Среднего роста, плотный. Он шагнул навстречу и, протянув руку, с улыбкой сказал:

— Здравствуйте, товарищ Лавров. Проходите, пожалуйста, садитесь.

Сам сел напротив.