Там, за передним краем

 — Неторопливо расстегнул папку, лежавшую на столе, достал оттуда светлую коробочку, раскрыл ее и, подойдя к сержанту, прикрепил орден к гимнастерке.

— Служу Советскому Союзу! — радостно выпалил Вадим и не удержался, скосил глаза на грудь: новенький, сверкает!

— Запомните, — подняв кверху палец, проговорил полковник, — старая слава новую любит, а Слава третьей степени любит Славу второй степени. Поняли?

Прижимая покрепче винтовку, Лавров вышел из землянки. Солнце как будто еще ярче, приветливее светит. И гул с моря — не грозный, а тоже приветливый.

Даже птицы откуда-то появились, весело щебечут в пожелтевшей листве. Хорошо все же жить! Особенно, когда в душе у тебя и вокруг — ликование. Хотел было колесом пройтись, как когда-то в детстве, да передумал: еще увидит кто-нибудь, засмеют потом. Потихоньку запел:

Подошел к березкам. Обнял одну из них, прижался щекой к холодной, но такой нежной, атласной коре. Закрыл глаза, на мгновение представил себя дома, в своем саду, около своих березок.

Когда же это будет? Но будет, обязательно будет!

Прямо по стволу скользнул золотисто-лимонный листик. Вот он крутнулся несколько раз и лег около коричневого бугорка. Что же это такое? Нагнулся. О, боровик! Да такой упругий! Надломил немного ножку: ни одной червоточины. Белочке на зиму очень бы пригодился. Кстати, она где-то здесь неподалеку бегает. Надо вот сюда, на сучок повесить, пусть сохнет. Найдет, возьмет себе в запас. Потом еще увидел белый гриб, пару молодых подберезовиков.

Тоже повесил на сучок. Белочка спасибо скажет.

Вдруг спохватился: «А где кандидатская карточка?» Тронул за карманы. Фу ты, испугался. Вот она. Достал, раскрыл. Смотрит на фотографию. Вроде свое лицо и в то же время — незнакомое. Какое-то строгое, напряженное. Это из-за того, что хотелось солиднее выглядеть. Перечитал записи. Все правильно. Почерк четкий, красивый.

«Кармашек пришью сегодня же. Вот здесь. Как раз орден будет прикрывать карточку». За уголок приподнял его. На красной эмали — четкие буквы «Слава», в центре — Спасская башня со звездой.

На солнце все это серебрится, переливается. Вот бы Ира сейчас поглядела!

Кандидатскую карточку положил опять в карман. На всякий случай придерживает рукой. До сих пор ему еще не верится, что он уже в рядах коммунистов, в одном союзе с теми, кто олицетворяет собой все лучшее, что есть у человечества. Большевики-ленинцы… В школе, где учился Вадим, физику преподавала Елена Ефимовна Толмачева.