Таня Гроттер и Золотая Пиявка

Ага, вот! – Ягун сосредоточился: – Сарданапал передает последнюю часть пророчества:

Лишь тот победит, кто забудет про боль -

Решится шагнуть в разъяренный огонь.

Таня поежилась. Колодец, окруженный синеватым пламенем, сквозил ледяным холодом.

«Что это значит? Неужели Сарданапал хочет, чтобы мы прыгнули в колодец?» – подумала Таня.

Тотчас она почувствовала, как в голове у неё защекотало, а волосы на голове зашевелились, словно кто-то осторожно подул на них. Ягун бесцеремонно считывал её мысли.

– Нет, не в колодец! – передал он в ответ.

 – Академик имел в виду что-то другое. Мы должны раздавить Золотую Пиявку... Тогда все вернется на круги своя: разбушевавшийся дух усмирится и найдет себе новый кувшин, и даже проклятие лопнувшей веревки не сможет ничего изменить, Сарданапал говорит, что ты должна шагнуть в огонь, но вот где этот огонь? Где?

Снаружи послышались чьи-то шаги.

– Это хозяйка! А ну отойди, ты! Что встал? Сейчас госпожа наведет тут порядок! – заорал Агух на истукана.

Каменная фигура отодвинулась.

Болотный хмырь кинулся к двери.

Таня почувствовала, что внутри у неё все замерло. Они опоздали.

Но тут хмырь, пискнув, откатился в угол. Прямо в физиономию ему попал большой кусок сырого мяса с костью.

– Это не хозяйка! Убейте! Убейте его! – закричал Агух истуканам.

Глава 14

ОГНЕННОЕ ЖЕРЛО"

"В темницу верхом на каменном истукане въехал Ванька Валялкин. В этой реальности Ванька почти не изменился. Все та же желтая майка со множеством заплат, озорное лицо и острые, угловатые плечи. Истукан, на плечах у которого сидел Ванька, то и дело останавливался и поворачивался всем корпусом.

Он смутно ощущал, что что-то тут не так. Однако шея у истукана была неподвижна и великан не представлял, что происходит у него на плечах. К тому же Ванька был слишком легким, чтобы гигант мог его почувствовать.

– Танька, Ягун! Я за вами! Недруг я вам или не недруг? Недруги познаются в беде! – крикнул он, придерживая на голове у великана корзину с мясными вырезками для тухлобола.

На звук его голоса повернулись те истуканы, что были в темнице.

Один из них тяжело размахнулся. Он попытался сшибить Ваньку, но лишь влепил своему вошедшему собрату кулаком в лоб. Посыпалась каменная крошка.

Вновь появившемуся истукану не понравилось такое приветствие, и он ответным ударом отбил своему противнику нос.

Не дожидаясь, пока безносый снова размахнется, Ванька торопливо спрыгнул с плеч истукана. Рядом плюхнулась тухлобольная корзина, слетевшая с треснувшей головы гиганта.