Танкист из штрафбата

Руслан скомандовал лейтенанту сесть на башню, еще прочнее закрепив свой конец веревки, и выразительным взглядом дал понять, что жизнь пленника в его руках. Пистолетная пуля, если что, войдет снизу в подбородок и вынесет на броню его мозги.

Вот такая дилемма была у командира танка Pz Kpfw III лейтенанта Хорста Ланге: остаться верным своему фюреру, но с мозгами на броне, или добровольно выбрать путь предателя… Но ведь эти черти, русские, все равно прорвутся, выкрутятся, фортуна на их стороне, ведь только совсем безголовые могли заехать в опорный пункт к неприятелю и нагло угнать вражеский танк! Пока наши очухаются, есть все шансы, что они уйдут к своим.

И потом эти безмозглые иваны весело сбросят в люк его труп с половинкой черепа, а танк на тросе размажет тело по дороге. Славная смерть для танкиста! Сколько он сам передавил пехоты, беженцев на дорогах… А еще был полевой госпиталь, который не успели эвакуировать русские – жуткая мясорубка…

– Шнель! – поторопил Руслик и проследил, как лейтенант надел фуражку, поверх нее наушники с ободом и болтающимся проводом.

– Гут! Красавчик! Чистокровный ариец! – похвалил Баграев и добавил свои нехитрые познания немецкого: – Ну, ты понял – ферштейн или шиссен…

Лейтенант кивнул отрешенно, привычно занял свое место. Ему оставалось только наблюдать, как русский офицер надевает подменный комбинезон, валявшийся в углу, с брезгливостью нахлобучивает на голову его шлемофон. Ланге еще надеялся на фортуну, на третий вариант, что увалень-танкист замешкается, когда получит по морде сапогом, а он вывалится на броню и будет орать во всю глотку, что здесь – русские иваны…

Но даже если случится такое чудо и он уцелеет, за преступную потерю бдительности, приведшую к угону танка и гибели механика-водителя, его ждет верный трибунал и позорный расстрел перед строем или в лучшем случае – штрафной батальон с лишением звания и наград.

Так что и тут фортуна повернется задом… И за что такие кары, Пресвятая Дева Мария?

Родин плавно подъехал к шлагбауму.

Своей запыленной рожей, торчащей из люка, он ничем не отличался от штатного немецкого механика-водителя.

Трое солдат на посту с интересом уставились на плененный русский танк, а офицер, гауптман полевой жандармерии, строго попросил представиться. Лейтенант Ланге назвал свою фамилию, должность и подразделение – 505-й батальон тяжелых танков, и сообщил, что они провели успешную операцию и надо срочно доставить трофейный танк командованию.