, кто же это… Да я его никогда не трогал, вы что? Я любил его, он мой брат! У меня ближе его никого не было.
— Но в том гадюшнике ночном ты же ему съездил по физиономии. За что?
— Я.., я ошибся. Дурак, кретин, ничего не понял и…
— А почему Андрей соглашался петь в таком клубе? — Кравченко почувствовал, что вот сейчас парню стоит прийти на помощь, авось окупится потом этот шаг.
— А где же еще найдешь место, где по две штуки за выход платят? — огрызнулся Шипов, однако дышать стал ровнее и кулаки его разжались.
— Две штуки? «Зеленых»? Всего-то? Да это ж твоему брату — раз плюнуть было, — Кравченко недоверчиво поморщился.
— Они же с Мариной Ивановной…
— Да оставьте вы ее в покое! Андрюха что, по-вашему, содержанкой, что ли, был? Совсем уже… Он был артист, огромный талант. Он был такой.., непрактичный, а эти soldy [5], все это дерьмо… Но должны же у мужика быть собственные деньги или не должны? Вот он и искал, где можно их заработать.
— Это сразу после того, как вы из Италии, что ли, приехали? А как же те деньги, что он заработал за границей? — удивился Кравченко.
— Оттуда он ни гроша не привез, ни лиры. Весь сбор ушел на оплату прессы, на телевидение. Думаете, за так, что ли, они писать будут, хвалить?! А он у НЕЕ ни гроша не взял, все сам хотел. И тут, дома, тоже хотел… — Шипов покачал головой. — Потому и таскался туда, пел перед этими…
Тут Кравченко подумал: вот жил покойник на всем готовом, у богатой жены, пользовался ее имуществом, ее именем, славой, связями. Пел в ее концертах, разъезжал с ней по Европе и при этом делал вид (а может, искренне считал — бог его теперь разберет), что делает все сам.
Однако мыслей своих Кравченко обнародовать не стал. Действительно, чаще всего молчание — золото.
— А Зверева знала про ваши вояжи к гомикам? — поинтересовался опер.
— Сначала нет, она весь апрель в Швейцарии была, в клинике питания и коррекции веса лечилась. Потом узнала.
— После драки, что ли? Когда тебя из милиции вызволять пришлось?
— Вы ее лучше не трогайте! Она к этому делу никакого отношения не имеет.
— Естественно. Не сама же она у следователя пороги обивала. На такие дела секретарь имеется и господа адвокаты. У тебя их в деле два, кажется, было, Жорж? Видишь, Вадик, как люди устраиваются? У столь юного нарушителя закона — сразу две палочки-выручалочки.
— Меня ЕГОРОМ зовут, сколько раз повторять можно?!
— Виноват. Ну не нервничай ты так. Значит, пушку ты свою, Егор, нашел в Измайлове после конфликта с господином Зарецким.
