Тень Азраила

Так что берегите себя.

– А вы кова-арный! – с наигранным возмущением воскликнула госпожа Ренни. – А хотите знать почему?

– Потому что вы знаете, как напугать даму. – Она приблизилась к Ардашеву так близко, что он вновь почувствовал ее дыхание, и спросила: – Вы останетесь до конца вечера?

– К сожалению, нет. Дела. К тому же ваш воздыхатель – капитан Фог, как я заметил, очень ревнив. Бедолага совсем извелся и не находит себе места.

– А хотите, я скажу ему, что он мне надоел? – с кокетливой улыбкой спросила она.

– Потому что после этого он вызовет меня на дуэль, и мне придется его убить.

А делать этого никак нельзя. Со дня на день начнется война, а ведь мы союзники.

– Ну вот, – она обиженно наморщила лобик и заморгала, – я-то думала, что нахожусь среди рыцарей, а оказалось – вокруг одни дипломаты. Скучно.

– Вы думаете, что войны не избежать?

– И когда же она случится?

– Вероятно, на этой неделе.

– Господи, как бы я хотела, чтобы вы ошиблись.

– Скажите, это правда, что вы приехали раскрывать убийство господина Раппа?

– Ого! А вы весьма неплохо осведомлены!

– В этом нет ничего удивительного.

Любой вновь прибывший сюда европеец как сухая горошина на блюде. – Она вновь посмотрела на Ардашева и вымолвила: – Этот Рапп водил дружбу с Фогом. Вместе они часто ездили на охоту. Мне почему-то кажется, что англичанину очень не нравится, что вы стали заниматься этим делом. Сама не знаю почему, но я боюсь за вас. Будьте осторожны.

– Спасибо, Лиди. Я приму это к сведению. Мне кажется, что мистеру Фогу еще более не по нраву наша беседа.

Однако мне пора. Благодаря вам я провел прекрасный вечер – Клим Пантелеевич нежно коснулся губами руки хозяйки и направился в переднюю. Боковым зрением он заметил, как к выходу проследовал кто-то из гостей.

Свободная коляска ждала неподалеку. Стоило извозчику тронуться, как сзади послышался стук копыт другого экипажа. Он следовал за Ардашевым почти до самого дома.

Статский советник оказался прав: война началась уже на следующий день: девятнадцатого июля Германия объявила войну России.

Франция незамедлительно выступила на стороне союзной державы. Все газеты вышли с кричащими устрашающими заголовками. Впрочем, эта новость обеспокоила иранцев меньше, чем появление над Тегераном неизвестного воздушного шара зловеще темного цвета.

По вечерам в иностранных представительствах долго горел электрический свет. Было неспокойно и в русском посольстве. Незаметный в обычные дни телеграфист-шифровальщик сразу же стал важной фигурой.