Он отлично понимает тактику, кое-что знает о стратегии, и он – самый надежный боец изо всех. Не дать ли ему офицерский чин?
Когда люди уже собрались, Эрвин понял свою ошибку. Волнение за Гордона Сью затуманило мысли, вот и сделал не подумав. Нужно было сперва обсудить с Джемисом и Фитцджеральдом, а уж потом говорить всем. Но теперь поздно: группа офицеров стоит перед герцогом, и у каждого лицо чернее пахотной земли, и каждый уже все понял о Гордоне Сью.
- Милорд, есть ли шансы? – спросил Фитцджеральд почти без надежды.
- Я выжил с такой же болезнью, - ответил Эрвин. – То было чудо.
Все поникли, буквально согнулись к земле. Гордона Сью любили. В Альмере он рискнул репутацией и чином, чтобы спасти лес с деревнями. А в бою у Флисса сумел выстоять против тройного превосходства врага. Его любили больше всех остальных командиров!
- Да поможет ему Праматерь Сьюзен, - с горечью молвил барон Айсвинд.
А Шрам сказал:
- Фитцджеральд, смотри, не подведи Гордона Сью!
И это вынудило Эрвина ляпнуть поспешно:
- Я еще не сделал назначение.
Кайр Джемис… - он запнулся, поскольку все офицеры изменились в лице, - …вам доводилось командовать ротой?
- Вы знаете, что нет, - холодно процедил кайр.
- Милорд, - вмешался барон Айсвинд, - я бы задал иной вопрос. Где был кайр Джемис, когда вас держали под огнем?
Айсвинд - агатовец и прим-вассал Ориджинов - мог говорить без обиняков. Эрвин видел по лицам: каждый офицер согласен с бароном. Герцог ответил вместо Джемиса:
- Кайр Лиллидей заметил, как пал мой Дождь, и подвел мне нового коня.
Айсвинд сказал:
- Спасая вас, Гордон Сью отдал руку и, вероятно, жизнь. Кайр Квентин заплатил головой. Кайр Обри лежал в огне рядом с вами и спасся только чудом. А кайр Джемис ушел во тьму и просто привел коня. Удобная роль.
Джемис опустил тяжелую ладонь на эфес. Барон откинул плащ за спину:
- Я к вашим услугам, если желаете.
А Шрам возразил:
- Не вижу причин для поединка. Барон не сказал ничего, кроме чистой правды.
- Отставить! – рявкнул Эрвин.
– Вы обезумели?! Никаких дуэлей на вражеской земле!
Айсвинд показательно убрал руку от меча.
- Простите, милорд, больше не повторится. Я лишь хотел предупредить вас: бойцы первой роты едва ли подчинятся кайру Лиллидею.
- И не нужно, - отчеканил Джемис. – Я откажусь от чина, даже если предложите.
- Вы свободны, кайр, - бросил Эрвин. Хотя просилось на язык: «Что с вами такое, тьма сожри?!»
За два следующих дня Джемис не заговорил ни с кем, кроме собаки.
