Утверждение своего величия – вот что это было. Я, мол, добрая владычица, беспокоюсь о каждом подданном… А еще – утешение собственной совести. Когда хотела пить ордж, не видя упрека в ваших глазах, я услала вас со двора и несколько месяцев не вспоминала. Но я – не бездушная мразь, как вы могли подумать! Видите, теперь, когда вам плохо, я так щедра на помощь! Даже вот Священный Предмет принесла…
Мира потеребила корсет, который как-то особенно сильно сдавил грудь. Спросила уже без надежды:
- Сударь, что вы решили?
- Ваше величество, простите… - выдавил Итан.
– Я не стою таких хлопот… Не нужно, ваше величество…
Не нужно больше приходить, - вот что он имел в виду.
- Всего вам доброго, - сказала Мира и ушла, задыхаясь от стыда и скорби.
В карете она предпочла бы остаться одна, но Нави-то приехал с нею вместе, куда его теперь денешь? Он сидел в кабине напротив Миры, а рядом – капитан Шаттэрхенд, верный защитник императрицы. Капитан понимал, что Минерва никак не настроена на беседы, а вот Нави бестактно нарушил молчание:
- Ваше величество, кайр-казначей говорил, что сын его друга тяжело ранен.
Если он согласится, я мог бы попытаться…
- Зачем? – бросила Мира.
- Чтобы вылечить… Я не медик, но с помощью скальпеля могу сделать больше, чем ваши лекари. Быть может, мне удастся…
- Я имею в виду – зачем вам его лечить? Сорок Два для вас никто, чужой человек. Хотите выслужиться передо мною? Право, не стоит! Уже попытались – ничего хорошего не вышло!
Нави покраснел, словно юная девица.
- Как – зачем?.
. Он же страдает…
- Итан тоже страдает. Много вы сделали для него?!
- Я пытался! Но должен был предупредить, нельзя иначе.
- Вот именно, пытались…
Нави раскрыл рот, но капитан оборвал его:
- Довольно! Не докучайте владычице.
И юноша уткнулся в окно, а Мира с горечью и злобой смотрела на него, думая: как можно быть настолько черствым? Навязывать беседу, когда мне так плохо! Из-за вас, между прочим: могли солгать про эти ваши проценты... Ладно, не только из-за вас, я и сама виновата.
Забыла Итана, пока упивалась властью, потому теперь моя помощь выглядит столь лицемерно… Но вы тоже хороши! Обещали лечить, а не языком болтать!..
Как вдруг Минерва поняла: не ей одной плохо. Нави горюет ничуть не меньше, его личико серо от печали. Смягчившись, она спросила:
- Вы расстроены тем, что не сдержали обещания? Полноте, сударь. Вы оказали мне огромную услугу с Перчаткой Могущества, я этого не забыла.
- Я расстроен потому, что хотел помочь.
