Тень змея

А все остальное – сила Апопа, которая все время пожирает и уничтожает творение. А теперь скажи мне, какая сила могущественнее?

Я с трудом сглотнул.

– О, она здесь, – хмыкнул Сатни. – Но для того, чтобы увидеть ее и изловить, вам придется прочесть заклинание во-он оттуда – с самого конца мола.

– Нам туда ни за что не добраться, – возразила Зия. – Один неверный шаг…

– Само собой, – довольно ухмыльнулся Сатни. – Вот повеселимся!

16. Сейди пускают на переднее сиденье (Худшая. Идея. В мире.)

Хотите бесплатный совет? Держитесь от Хаоса подальше.

С каждым шагом я все сильнее ощущал, что меня словно затягивает в черную дыру. Мимо нас непрерывным потоком неслись по воздуху деревья, камни и демоны, которых тут же поглощал океан. В красновато-серой клубящейся мгле вспыхивали молнии. Здоровенные куски земли откалывались от края берега у нас под ногами и сползали туда же, в океан.

Я шел, крепко сжимая в одной руке посох и цеп, а другой стискивая ладонь Зии. Сатни плыл рядом сам по себе, пытаясь насвистывать, и вообще старался держаться невозмутимо, но я видел, что цвета его сильно потускнели, а набриолиненные волосы потеряли укладку и тянулись в сторону океана, как хвост кометы.

Так что я догадывался, что ему с трудом удается бороться с притяжением Хаоса.

Один раз я все-таки потерял равновесие и чуть не свалился в прибой. К счастью, Зия успела оттащить меня от края. Еще через несколько шагов в меня с размаху врезался невесть откуда взявшийся демон с рыбьей головой и вцепился мне в ногу, надеясь спастись от губительного притяжения.

Прежде чем я успел решить, стоит ему помогать или нет, он разжал хватку и исчез в волнах.

А хотите знать, что было самое ужасное? То, что часть меня готова была поддаться искушению и позволить Хаосу поглотить меня. Зачем бороться? Почему бы не покончить разом со всеми тревогами и страданиями? Что плохого, если некий Картер Кейн разлетится на миллиарды молекул?

В душе я понимал, что это не мои мысли. Голос Апопа продолжал нашептывать в моей голове, искушая, как он уже делал раньше.

Я изо всех сил сконцентрировался на сияющем белом обелиске – нашем маяке в буре Хаоса. Не знаю, была ли эта каменная игла в самом деле первым творением Маат, и как этот миф соотносился с теорией Большого взрыва или идеей о том, что Бог создал мир за семь дней, или любыми другими верованиями людей. Это не имело значения. Быть может, этот обелиск воплощал собой что-нибудь гораздо более значительное – такое, чего мой разум не мог вместить.