Тени исчезают в Раю

Но Коллингейм хотя бы не играл.

Тайни бросила на него короткий нечитаемый взгляд.

– Алекс, до отеля не так далеко, а ты же наверняка подошел не просто так, – констатировала она всё тем же нейтральным тоном.

– Я хотел сказать, что Лола, скорее всего, занималась с Четом. Девушка слово в слово повторила его присказку про доску. Может, это выражение здесь все подряд используют…

Роул пожала плечами:

– Не знаю. Я не очень плотно общалась с другими инструкторами, но попрошу у Себа поинтересоваться у местных сёрфингистов, чтобы проверить гипотезу.

– Тай, я еще хотел спросить. А не могут девушек воровать для здешних гаремов? Подожди, сейчас поясню, что у меня не стыкуется, – остановил он кириарку, которая уже стала открывать рот, чтобы ответить. Ему самому нужно было поймать ускользающую мысль. – Вот смотри. Саманта говорила, что местные богачи в гаремы берут только аборигенок, потому что «неверных» они не могут даже касаться. А если пропавших девушек заставляют принять новую религию?

– Алекс, всё не так просто, – ответила Роул неторопливо.

 – Иммамианство, которого придерживаются коренные жители Парадиза – это в первую очередь именно вера, а не религия. Главный грех для них – неверие в Творца. Поэтому насильно обратить в иммамианство невозможно. Но даже если на какой-то момент закрыть глаза на суть веры, несмотря на существующее на словах равноправие всех верующих перед Творцом, новообращенные по факту имеют более низкий статус в обществе. Институт наложниц и любовниц здесь не приветствуется и как таковой отсутствует. Только законные жены. Так что вряд ли владельцев гаремов привлекают приезжие девушку. Но, честно говоря, всё, что связано с местными традициями, я знаю чисто теоретически, потому что подобные общества закрыты, и мы знаем о них только то, что они сами хотят о себе рассказать…

– Это всё очень познавательно. Только я не понял: они могут девушек воровать или нет? – уточнил Коллингейм.

– Потенциально любой человек, вне зависимости от религии и места проживания, способен на что угодно.

– То есть ты не знаешь.

– То есть ты просишь меня погадать на кофейной гуще на личность преступника. Если бы я это умела, то гениальным детективом была бы я, а не ты.

– Жаль, – признался Алекс.

– А мне-то как жаль, – глубоко вздохнула Тайни, пробуждая желание шлепнуть ее по хитрой попе идеальной формы.

Порывы ветра гнули пальмы и толкали глупых человечков, решивших поспорить со стихией, к безопасной каменной гавани.