Тени южных скал

Как в этой хрупкой девочке, Наташе Громовой. Она ведь через ужас, слезы продолжает жить, надеяться, всем сердцем испытывать жалость и любовь. Мысленно Глеб пожелал хрупкой девочке удачи: «Пускай вернется тебе любовь. Спасенный немец будет присматривать за тобой с небес, а я тут, на земле, в своих мыслях». Хоть и был капитан фронтовой разведки коммунистом, не верил в Бога, никогда в жизни не был в церкви, но почему-то был уверен, что Наташа под охраной спасенного ею врага, под чьей-то надежной заботой, которая теплым плащом укроет санитарку от смерти и лишений.

Дорога до нужной остановки пролетела быстро. Вагоны замедлили движение, в щели мелькнул луч от фонаря, и голос дежурного по станции объявил:

Дальше всё пошло по привычному пути: проверка документов, дорога на попутке до линии фронта. Правда, машины не нашлось, так что пришлось Глебу стать попутчиком артиллерийскому расчету. Лошади и тяжелая техника долго спускались с платформы, потом в темноте артиллеристы возились со сбруей.

Первую же попытку подсветить себе фонариком остановил окрик дежурного:

— Отставить! Соблюдайте светомаскировку! Граница совсем рядом!

Артиллерист чертыхнулся под нос и всё же погасил тусклый луч света. Когда удалось взнуздать лошадей, те мерно потащили тяжелые телеги с пушкой и ящиками. Шубин пристроился на краю повозки, по многолетней привычке прислушиваясь к звукам вокруг. Через стену из леса доносился стрекот выстрелов, ухали взрывы, а небо то и дело расчерчивали лучи прожекторов — каждый звук говорил, что рядом передовая линия места боевых действий.

Граница фронтов совсем рядом, с каждой стороны не спит оборона, наблюдая за действиями соперника. Организм разведчика среагировал мгновенно: он снова был настороже всё время, чутко реагируя на любые изменения вокруг.

И не он один. Вдруг лошадь заметалась на месте, дернула в страхе головой. Артиллеристы кинулись врассыпную с телег, а возницы тут же направили лошадей с дороги к деревьям. Только они ушли с дороги, как над деревьями совсем низко прогудел неразличимый в темноте самолет.

Боец рядом с Шубиным погрозил ему кулаком:

— Рама немецкая, ишь, гудит, как шмель. Вынюхивает. Чтоб тебе хвост оторвало!

Воздушного разведчика заметили не только артиллеристы: за деревьями усилился грохот выстрелов. Но из автоматов и пулеметов трудно сбить в темноте стремительно летящий самолет-разведчик, поэтому попытки подбить вражескую технику почти сразу прекратились.