Тени южных скал

Как же ждут все бойцы Красной армии победы, как надеются, что конец войны и мирная жизнь совсем близко. Горячая надежда усиливала желание разведчика как можно быстрее отправиться на вылазку. Приблизить своими действиями победу, помочь освободить еще одну пядь оккупированной немцами родины. Сердце разведчика горело от желания помочь Наташе Громовой, безымянному артиллеристу, его кобыле-артистке Нюрке. Каждому, кто так отчаянно бьется за победу!

…Когда стена из деревьев расступилась, их встретил новый блокпост из дозорных.

Артиллеристов отправили дальше по левому флангу обустраиваться на выбранных позициях. А капитану Шубину указали направо, где чернели косыми линиями узлы укрепления. От одного часового к другому он добрался через полевые укрепления в тыловую часть расположения подразделения — небольшое селение с ровными домишками и вытянутым кирпичным зданием посередине деревянных застроек.

У штаба его встретил хмурый лейтенант Осипчук с красными от бессонницы глазами. Он приветствовал прибывшего:

— Здравия желаю! Получил относительно вас информацию.

Скажите, товарищ капитан, какая нужна помощь? Что требуется? Провожатый? Прикрытие огнем?

— У вас есть немецкая форма?

Глеб привык, что всегда в расположении части можно добыть пару вещей, снятых с военнопленных. В чужом обмундировании безопаснее находиться по ту сторону границы на вылазке, поэтому для маскировки разведчик выбирал вещи поцелее и по размеру еще во время подготовки к разведывательной операции. Осипчук вдруг резко ответил:

— Пленных не берем, поэтому формы нет.

— Как нет? — удивился капитан Шубин. — Вы атаковали совсем недавно, неужели не было пленных при наступлении? А у местных не осталось формы? Может, поискать? Женщины часто сами пользуются шинелями или перешивают их для детей.

Осипчук вдруг скривился, будто от боли, и отчеканил:

— Я еще раз повторяю, товарищ капитан, мы не берем пленных. Это мой приказ. Все жители Асеевки при отступлении были убиты немецкими извергами. Поэтому я приказал больше не брать пленных, не оставлять в живых наших врагов.

И формы немецкой у нас нет. Фашисты не достойны ни обычной смерти, ни могилы. Им хватит и пули!

— Хорошо, я понял, — кивнул в ответ капитан.

Шубин попросил только кипятка для чая и тихого места, чтобы снова проверить маршрут, по которому собирался проследовать в сторону Боруна. Всю поездку он мысленно повторял путь, прокручивая в голове, как добраться до первых блокпостов немецкой охраны.