Инспектор заглянул в салон, игнорируя съеженного, перенапряженного Андрея, ощерившегося, как волк в ловчей яме.
У него оказалось молодое, слегка красное от холода лицо.
— Что вы сказали?
Неужели не видно, что я сказала?!
Я зажмурилась от нового приступа боли. Закутанная в пальто, я лежала на заднем сиденье, животом вверх и держалась за него ладонью.
— Моя жена… Она рожает, — промямлил Андрей. — Документы…
Наконец, он вынул руку из-под полы. Отогнул козырек и протянул водительские права. Тот едва на них взглянул.
— На дорогах пробки, я торопился… У нее воды отошли, — с каждым словом получалось четче."
"Андрей бледный, перепуганный, еле глотает и говорит, но, инспектор вел себя спокойно, списав на нервяк из-за родов.
— Куда едете?
— В военный госпиталь… Я служил. Она там рожает.
Тот что-то заговорил в рацию, дождался ответ, и вновь заглянул в салон, где меня корежило от схватки.
— Не волнуйтесь, мы доставим вас в роддом, — он что-то еще сказал Андрею, но мне было не до этого.
Я пыталась дышать.
Малышка настойчиво просилась на свет — кто бы знал, как это больно.
Патрульный направился обратно к машине.
Андрей обернулся, тяжело дыша открытым ртом. Нас пронесло в миллиметре от края, но он как будто в это не верил. Уставился на дорогу позади нас. Взгляд рыскал по обочине — искал погоню. Но кто бы это ни был, полиция их спугнула.
— Ты как? — с облегчением, словно гора свалилась с плеч, спросил он.
Я тихо застонала в ответ.
— Скоро будем в больнице, — успокоившись, он снова повернулся к дороге, где сквозь метель мигали проблесковые маячки, и положил руку на руль.
Когда патрульная машина оторвалась от обочины, Андрей плавно влился за ней в поток.
Он вновь кому-то звонил — и ему ответили.
— Наконец-то, — выдохнул он в трубку. — Мы едем. У Лены отошли воды.
Вслед за машиной ДПС он прокладывал путь через пробки, пока меня трясло на заднем сиденье. Я расслабилась. Все хорошо. Будет врач. Рожать, наверное, придется без анестезии… Ну и что. Зато скоро увижу дочку.
Мы добирались целую вечность.
Патрульная машина остановилась напротив госпиталя, а Андрей загнал машину на парковку, и торопливо выбрался наружу.
— Андрей, — я привстала, собираясь обхватить его за плечи и выбраться из машины, но он поднял меня на руки и повернулся спиной к ветру, защищая от непогоды.
Я уткнулась лицом в холодное пальто, и слабо прошептала:
— Пакет…
Андрей забрал его из салона.
К нам подошел инспектор, предлагая помощь, Андрей отнекивался.
