Разве можно играть такими вещами, как брак? Что станет с репутацией Пеппы?
— Объявите, что я недостоин вашей семьи, — пожал он плечами. — Плевать. Судя по всему, сестрам удалось договориться с герцогом о продаже вина, а значит, зимний сезон Соланж обеспечен. Вот увидите, своими цепкими коготками она отхватит себе состоятельного мужа. Что касается Жанны, с нее довольно и семейной гордости.
— Это ваше последнее слово? — удрученно спросила она.
Рауль повернул к ней свое лицо, которое в закатном свете казалось смуглее и старше.
Уходящее солнце безжалостно подсветило и морщинки вокруг его глаз, и глубокие складки между бровей и возле губ.
Теперь он был серьезен и печален, но явно лишен сомнений и раскаяния.
— Видите ли, в чем дело, Пруденс, — тихо проговорил он, — я ведь повидал много женщин, и ваша племянница, при всех ее очевидных достоинствах, не вызвала во мне и тени волнения.
— И отлично, — горячо одобрила она. — От лишних волнений ипохондрия приключается!
— Лишь когда мужчина встречает женщину, поразившую его как молния, и зарождается та искорка безумия, которая делает нашу жизнь по-настоящему интересной.
— Какая чушь, — отмахнулась Маргарет, — а если вы никогда не встретите такую женщину? А если она будет бедна?
— Поздно, моя милая Пруденс, — грустно ответил он. — Я ведь уже встретил вас.
Онемев, она искала в его лице хоть какой-то намек на насмешку или иронию, позволившие бы не поверить в его искренность. Но он выглядел таким подавленным, что сомневаться в его словах не приходилось.
Маргарет показалось, что ее пребольно ударили в грудь, выбив весь воздух и причинив невероятную боль. Она пыталась вздохнуть — и не могла. Сердце стало тяжелым, неповоротливым, билось медленно и мучительно. Боже, ведь так и приступ схлопотать недолго!
Призвав на помощь все свое самообладание, она наконец продышалась и сказала прерывисто, но твердо:
— Вы глупый романтик, ваша светлость."
"— Так и есть, — согласился он просто.
Неуклюже поднявшись на ноги, Маргарет принялась вышагивать туда-сюда вдоль стены, приводя мысли в порядок.
— Уединение старинного замка и нервные потрясения, — сурово выговаривала она, — вот что стало основой вашего порочного влечения, ваша светлость. В любом случае, как воспитанный человек, вы должны были понимать, в какое неловкое положение вы поставите меня своим признанием. Ради всего святого, я ведь тетушка вашей невесты! Как вы только осмелились озвучить свои распутные…
Он молчал, опустив голову и не глядя на нее.
