The Мечты. Бес и ребро

- Да! – повторила за ним Лилианна и сделала первый глоток «Просекко», легко крутанувшись вокруг своей оси, будто бы не было в ней ни лет, больше, чем хотелось бы, ни килограммов, совершенно излишних.

Петров повесил трубку. Лилька махом осушила бокал. И наполнив его снова, выпорхнула из гостиной, взлетев по лестнице на второй этаж, где располагалась комната Уленьки:

- Никаких шансов! – объявила она с порога своей с Олегом Станиславовичем дочери.

Та лишь на мгновение оторвалась от айфона и махнула длинными изящными ресницами, делавшими ее лицо похожим на печальную ламу.

- Сироты мы теперь с тобой! – пояснила мать так, будто бы поздравляла ее с днем рождения.

- Как это? – опешила Ульянка и даже вскочила с кровати, на которой восседала до этого, поджав ноги. – А как же... Как же Лондон? Ма!

- Будет тебе твой Лондон! Теперь – точно! 

Оттенки черного перца, бергамота и замши

Одно движение указательного пальца, вдавливающее кнопку распылителя, и ощутимое кожей облако духов коснулось Стешиного запястья, наполняя комнату ароматом табака, ванили и мускуса.

Вторым движением – она вернула крышечку на место, а сам флакон на полочку, рядом с таким же – Андрея. А потом позволила себе мелкое хулиганство: брызнула на другое запястье парфюмом господина Малича и повела носом. Добавились оттенки черного перца, бергамота и замши.

Идеальное сочетание.

В это идеальное утро она подхватила свою идеальную сумочку и тряхнула идеальной гривой, после чего выпорхнула на лестничный пролет, захлопнув за собой входную дверь с идеальной цифрой «11» в обозначении номера.

И быстро сбежала вниз, жизнерадостно отбивая своеобразную дробь каблучками маленьких туфель. К слову, размер у нее был почти Золушкин – тридцать пятый. Тоже идеальный.

Ее клопа Андрей уже отогнал со двора на улицу, что сэкономило ей драгоценные минутки дома за кофе. Сам же – умчался ни свет, ни заря в свою мастерскую, оставив Стефанию Яновну один на один с риторическим вопросом: кому в такую рань могут понадобиться услуги сапожника? А еще с неожиданным осознанием важного факта: о ней заботятся.

Андрей о ней заботится, ненавязчиво и естественно, как ни разу никто до него. Это было заметно в мелочах, а значит, в главном: в появившемся ночнике в спальне, в вечерней прогулке, чтобы нагулять ей аппетит, да даже в том, что прямо сейчас Мини Купер уже ждет ее за воротами, и не надо возиться, чтобы вывести его со двора.