The Мечты. Бес и ребро

Лиза уже дважды умудрилась зарядить ему в лоб, когда он приближал свое лицо к ее мордашке и, кажется, имела целью заплевать его футболку. И это она еще не срыгивала!

- Жека! Ты б предупредила, что к вам теперь надо в шлеме приходить, - негромко хохотал дед, - или напрокат выдавайте.

Он прибыл в крепость Моджеевских под кодовым названием «Золотой берег» буквально десять минут назад и был немедленно усажен полдничать вездесущей Еленой Михайловной, все еще по-дурацки строившей ему глазки. И это могло бы стать проблемой, если бы Андрей хотя бы немного обращал внимание.

Нет, не обращал. Вернее, обращал на другое. Например, на то, что вот уже который раз за прошедшие дни сбежал с работы пораньше. У Стеши репетиция, а он все равно свалил. Будто бы его скорый отъезд из мастерской приблизит и ее возвращение из театра.

Дабы убить время – сунулся к дочери, на ходу вспоминая, что повод навестить их у него имеется. И даже не повод – целое дело. Весомая причина. И это в кои-то веки не Лизка, теперь долбанувшая его пяткой по животу.

- Больно? – встрепенулась Женька, наливавшая отцу кофе из кофейника, заботливо принесенного Леной Михалной. – Давай ее сюда!

- Э-э-э… - возмутился Андрей Никитич. – Не суетись. Пусть буянит. Будем считать, это она потому, что скучала.

- Я тоже скучала, но не дерусь же! – рассмеялась Евгения. – Вообще совести у тебя нет!

- У тебя воспитание хорошее, - довольным тоном проговорил Малич-старший. – Я, кстати, тоже скучал.

- Ага, рассказывай. Ты выглядишь слишком счастливым, чтобы я тебе поверила, - Женька показала отцу язык, презрев хорошее воспитание, и наконец уселась на диванчик, внимательно глядя на отца с детенышем Моджеевского на руках.

– Не разучился еще держать, да? 

- Как видишь, - задумчиво проговорил отец, глядя на внучку, а потом поднял глаза на Женю. – В субботу на обед придёшь?

- Куда? К тебе? Я думала, ты к нам, все равно Юльки нет. 

- Ко мне, - кивнул Андрей Никитич и улыбнулся, - вернее к нам. Буду тебя с мачехой знакомить.

Женя тоже улыбнулась ему в ответ и даже в ладоши хлопнула.

- Столько радости, что сбагрила, да? – развеселился Малич. – Между прочим, вы с ней знакомы некоторым образом, как оказалось.

- Вот как? Ну тогда колись. А я уж решу, радуюсь я, что сбагрила, или наоборот переживаю, как ты там наедине с этой грымзой.

- Видишь ли, она – личность творческая, и фантазия у нее... хорошо развита, - отчаянно сдерживая смех от воспоминаний о Стешиных придумках, проговорил Андрей Никитич.