The Мечты. Бес и ребро

– В общем, не так давно она закатила тебе сцену ревности в клубе на пляже.

И всё-таки рассмеялся. Вместе с ним забулькала и Лиза. Впрочем, пока определить тональность ее настроения было сложно. Поддерживает она деда или возмущена – оставалось загадкой.

- В смысле – сцену ревности? – озадачилась Евгения все еще Малич, квадратными глазами глядя на отца. За последнее время в силу обстоятельств Рома уговорил ее на одну-единственную вечеринку, потому что ему – надо по делу, а ей – надо развеяться. И оставив Лизку на няню.

.. они отправились в Айя-Напу, где на пляже... – Погоди, погоди... это ты про...

Женя негромко охнула и замолчала. Замолчала и маленькая Моджеевская, видимо, выжидая, чем обернется диалог деда и матери.

- Она сказала, что наговорила тебе... Жень, она... - Малич с трудом подбирал слова, чтобы хоть как-то объяснить случившееся. – Понимаешь, она придумала, что ты и я... Правда она не знала ни про тебя, ни про Юльку. Как-то не до того было. Не сердись на нее, ладно?

- Да погоди ты! – отмахнулась Женька от его объяснений.

– Погоди! Ты хочешь сказать, что это ты с... ней, что ли? Как ее... с Адамовой?

Отец торжественно кивнул.

- Да ты когда успел, па?!

- Да в общем-то это вот она виновата, - улыбнулся он и кивнул на мелкую Моджеевскую. – Я к Роману ехал в роддом, а Стеша меня подбила.

- Задний бампер японцу снесла.

- Оу... – выдохнула Женя и замолчала. Чай и кофе были позабыты. Она склонила голову набок, глядя на своего отца и свою дочку, и пыталась систематизировать мельтешащие в голове обрывки мыслей, среди которых что-то упорно рвалось впереди прочих, но никак не могло проскочить.

Видимо, материнство в любом возрасте сказывается на умственных способностях, - решила про себя Евгения Малич, а вслух произнесла:

- То есть, ты хочешь сказать, что отбил эту женщину у Олега Станиславовича? – и полыхнуло. Прямо в висок. Отчего Женька резво подорвалась с дивана и прижала руку к груди: - Ты что? Ничего не знаешь?  

- Я знаю, что был банкир. Жень, ну был и был.

Мало ли у кого и кто был. Мы же не дети.

- Так его убили, па! – воскликнула Евгения, уставившись на отца, точно так же уставившегося на нее.

- Как убили? – опешил он.

- Па! Ты правда не знаешь? Она ничего не сказала?!

- Нет, - хмуро проговорил Андрей Никитич. – Что случилось?

- Так ведь ее же, наверное, должны были поставить в... – Женя запнулась и попыталась взять себя в руки. Даже села обратно и вперилась взглядом в настороженные и потемневшие глаза отца.