The Мечты. Бес и ребро

Кроме одного маленького клычка, который чуток выпирал наружу, напоминая о том, что она обычная живая женщина. Сейчас, правда, несколько менее живая, чем всегда.

- Лилианна Людовиковна – человек большой души! Ей для ближнего ничего не жалко, - «Включая собственного мужа».

- Тем не менее, скандал, в который вы втягиваете и театр, и наших спонсоров – крайне нежелателен. Понимаете?

- Очень понимаю, - снова деловито кивнула она. – Каким числом заявление д-датировать?

- Ну заявление… которое по соглашению сторон.

Каким числом? Я так понимаю, смысла отрабатывать две недели мне нет? Раз уж в п-премьере я в любом случае не участвую, то чего тянуть кота за хвост?

Юхимович даже со стула вскочил и засуетился, подсовывая ей бумагу. Вторую за этот день. Только, в отличие от протокола, который нужно было просто подписать, здесь еще и текст сочини. Пальцы ее подрагивали, пока она катала шапку. А на слове «Заявление» - неожиданно успокоилась. Впрочем, и сама хорошо сознавала, что позднее это мнимое спокойствие снесет ураганом эмоций, которые сейчас исчезли все до единой.

Ну какая разница, если ее вымарывают отовсюду?

- Уволить… давайте с послезавтрашнего дня. Чтобы бухгалтерия успела выплату произвести, да? – хлопотал Юхимович, наблюдая за ней. – А дату сегодняшнюю внизу. Ага…

Стеша кивала и продолжала писать. Не так много строчек, а будто выпотрошили все нутро.

- В отдел кадров нести? – весело спросила она.

- Да я сам, Стефания Яновна.

- Замечательно! – обрадовалась Адамова, внимательно глядя на исписанный лист.

Потом рассмеялась и прижала его к губам, оставляя отпечаток красной губной помады. Хоть не зря красилась. – Привет Хомченко!

С этими словами она поднялась со стула и уверенной походкой прошествовала к выходу из чертова директорского кабинета, пройдя очередную веху. Тогда она думала, что пройдя.

Дальше Стеша шагала в прежнем темпе, будто заданный алгоритм движений все ещё продолжал действовать. От бедра. Чеканным шагом. Только вперед.

Чтобы остановиться посреди лестницы с отчаянной мыслью: что делать дальше? Вот что делать?

Когда ее поперли из Брехтовки, она думала, что жизнь кончена.

А сейчас о чем думать? О зоне? Где-то она однажды читала, что если, например, забеременеть, то могут скостить срок. И определить куда-то, где легче сидеть. Мотать... как там правильно.

Интересно, где ей это попадалось. В какой-то книжке, наверное. Где же ещё-то?

И ведь бред в голову лезет вместо действительно важного.