The Мечты. Бес и ребро

Прыгал за ней, не отставая, и Малич, в котором сам собой проснулся азартный мальчишка. Нормальная такая погоня выходила, если поглядеть со стороны.

- Не пустят – останусь дверь сторожить, чтобы и других не пустили, - смеялся он ей в спину.

Добежав до лестничной площадки с дверью, на которой висела табличка со словом «Костюмерная», и где, кроме них, торчала какая-то местная тетка, похоже, пытавшаяся объяснить, куда идти, Стефания резко остановилась, не обращая на ту внимания и сосредоточившись на Андрее, который в секунду догнал ее.

- Я определилась, - шепнула она. – Я скучала.

- Точно-точно? – спросил он, склонив к ней голову, отчего их лица оказались очень близко, а окружающий мир выпал из поля зрения.

- Честно-честно, - едва шевельнула она губами, а потом кто-то промчался мимо них, и сверху понесся по лестничным пролетам торжествующий вопль Жильцова:

- Адамова! Ну я тебя обыскался! Где ты ходишь!

- Аркаша, лечу! – отозвалась голосом Стефании Адамовой Стеша и подмигнула Андрею. – Я сейчас.

- Угу, - понимающе буркнул Андрей, но все же успел коснуться ее рта быстрым поцелуем.

И ее унесло наверх, где столько всего нужно, что не опомниться, несмотря на заверения, что она – быстро. И Малич это отчетливо понимал. Приготовился было и правда «дверь сторожить», но и тут его ожидал легкий облом, зазвучавший сначала скрипом со стороны костюмерной за спиной работницы местного театра, а потом и голосом Светланы Ефимовны, показавшейся на лестнице буквально на звуки человеческой речи – сложно игнорировать имя «коварной искусительницы», когда велика вероятность, что она сюда притащила предмет Светкиной ревности.

Махалина в своих предположениях не ошиблась. И теперь стояла напротив мужчины, которого в прошлом почти справедливо считала своим, и пыталась скорчить приветливую улыбку на своей постной физиономии.

- Андрюша! – воскликнула Света, шагнув к нему. – Какими судьбами-то? Я тебя как на вокзале увидела – так ничего не поняла!

- Привет, Свет, - отозвался он и легко пожал плечами.

- Адамову, что ли? – всплеснула она руками.

- Ну ты даешь! И давно?

Андрей даже присвистнул от бесцеремонности вопроса и ответил с усмешкой:

- Отчитываться я точно не обязан.

- Ну перестань, Андрюш, не сердись! – тут же притормозила Махалина, похлопав ресницами, темными и, определенно, наращенными. – Ее сейчас надолго умыкнули, пока загримируют, пока Жильцов наорется...