Тёмное сердце ректора Гордеева

Я ойкнула и громко сглотнула.

– Вот и хорошо. Жди меня примерно через час. В постели. Голая.    

Быстрый, жалящий поцелуй в губы, и он ушел, оставив меня, дрожащую и хватающую себя руками в тщетной попытке согреться после горячечного жара его тела. 

Минут двадцать после его ухода я металась по комнате. Пару раз даже картинно позаламывала руки, словно похищенная похотливым драконом девственница.

Еще примерно столько же времени рыдала, бросившись на кровать и нарочно как можно обильнее заливая дорогой, египетский хлопок слезами.

Потом поняла, что смотрюсь чрезвычайно глупо – я не сомневалась, что Демьян либо подглядывает за мной в прямом эфире, либо просмотрит, чем я тут занималась, позже. Без сомнения, мои метания и страдания развлекут этого бессердечного гада немеряно.

Но как?! Как мы скатились из почти полного понимания и нежностей к… вот этому всему? А может, он притворялся до этого? Может, вот такой он и есть – злобный, непримиримый тиран, и отныне вся моя жизнь будет проходить между командами «раздевайся», «в койку» и «посмотри, что там под мороком скрывается»?

И это мы еще не дошли до его вспыльчивого темперамента и агрессивности! Всю жизнь бояться своего мужчины? Да ну его нахрен!

Тут не читать об особенностях змеевидных надо, поняла вдруг я.

Плюс, сказывался тот факт, что я больше не ощущала себя слабой жертвой рядом с ним. Где-то в глубине души жило отчетливое понимание, что я сама дам ему фору – и в плане агрессивности, и в плане темперамента.

Вопрос, насколько реалистично было это понимание, и готова ли я проверить его… на собственной шкуре. 

А на деле…  на деле, я хотела его даже сейчас. Даже такого. Разъяренного, заставляющего делать, что скажут и молчать в тряпочку, да еще и в жуткой боевой форме, с когтями, клыками и в чертовой змеиной чешуе.

Какой кошмар… Что ж я за извращенка-то такая, что меня притягивают злобные монстры, которым плевать на меня и мои пожелания? Плевать на то что я личность, а не подстилка для ног? На то, что я, в конце концов Елена Никитина, а не чья-то там Видящая рабыня?  

Решиться на конкретные действия было намного сложнее, чем реветь в подушку.

Я вскочила и уже почти выбежала за дверь… но вовремя вспомнила, что, скорее всего, за мной следят.