Тёмное сердце ректора Гордеева

– Даже так? – пробормотал Демьян, позволяя мне использовать себя в качестве подставки для долгих, сладких потягушек. Закинул мою руку себе на шею, подхватил снизу и сжал под футболкой полушарие груди. – Я, кажется, приказал тебе ждать меня голой, мм?

Я попробовала заставить себя возмутиться, воззвать к собственной гордости, но все мои переживания заглохли и потускнели, сменившись какой-то щемящей, давящей изнутри теплотой… словно я сейчас заплачу – причем, совершенно не понятно отчего.        

Он хотел меня голой… Ну разве это не чудесно?

Меня резко перевернули.

Тщетная надежда. С такой нежностью, словно больше всего на свете боялся причинить мне боль, он стер с моей щеки крупную каплю. Оперся о локоть другой руки и молча смотрел на меня, пока я глотала слезы, благодарная, что он не заставляет меня объяснять их. 

– Я не смог трансформироваться без тебя.

В темноте и тишине спальни его голос пробирал до мурашек, и мне пришлось сконцентрироваться, чтобы понять, о чем он.

– Правда? Значит, это я делаю тебя… змеем?

Лучше бы я делала тебя человеком, с горечью промелькнуло.

– Получается, что ты. Впрочем, я так и подозревал – вероятно, одна из способностей одаренной Видящей.

Его глаза постепенно разгорались – из скучного, темно-коричневого становясь золотистыми и теплыми. Интересно, я когда-нибудь научусь понимать, что это означает? Сопоставлять его настроение с цветом глаз?

Научишься, подсказал изнутри кто-то непримиримо язвительный, желающий ударить в самое больное.

– Что такое аштар? – вдруг спросила, неожиданно для самой себя.      

Рука моментально убралась с моей щеки.

– Неважно. Ты не можешь ей быть. Как бы я к тебе ни относился.

Демьян лег на спину и уставился в потолок, предоставив для детального рассмотрения своей профиль, четко очерченный на фоне мерцающего камина – резкий, с крупным, породистым носом и массивной, хищной челюстью.

Я почувствовала, что снова начинаю закипать.

– То есть, неважно, что рядом со мной ты становишься сильнее, что я могу разговаривать с твоей второй сущностью, что благодаря мне эта сущность смогла вырваться в реальный мир… Я просто не могу быть твоей избранной, потому что… потому что человек?! Плебейка?! Потому что не достойна вашей милости?

Он молчал, продолжая смотреть в потолок, и только сглотнул глубоко – дернулся кадык.