Пожалуй, я ни с кем после того, что со мной случилось, не откровенничала вот так. Разве что в своих разговорах с покойным папой, когда душевная боль становилась совсем уж невыносимой.
– Ужасно, правда?
– Да не то слово. – Изменения в настроении Федора я улавливаю, как летучая мышь – ультразвук. Куда нас качнет в этот раз? В какую крайность?
– Эй, ты чего?
Вместо того чтобы ответить, Фед отстраняется и отходит к окну. Его руки сжимаются и разжимаются, будто он едва сдерживается, чтобы не дать кому-нибудь в морду, а на квадратных скулах вздуваются желваки.
– Что ж за уроды тебя окружают? Как ты вообще жила? – рявкает, очевидно, решив, что в достаточной мере взял себя в руки.
– Господи… Так ты из-за этого взбесился? – искренне удивляюсь я, прислушиваясь к какому-то совершенно незнакомому ощущению, заворочавшемуся внутри.
– А что тебя удивляет? Я даже не знаю, с кем тебе повезло меньше…
– И кто же в твоем топе? – нежность подпирает горло, колет во рту. Мне не хочется больше это обсуждать, лишь обнять его…
– Твоя мать и тот мудак, который чуть не стал твоим муженьком.
Вот так компания! Цирк уродов!
– Ну, не каждый готов рискнуть своим здоровьем и будущим, – завожу привычную песню. Ну, а что? Я пытаюсь принять ситуацию такой, как она есть.
– Я в своей жизни не слышал большего бреда! Твоя мать – гребаная кукушка. А твой хахаль…
– Мудак, – смеюсь я сквозь слезы. – Ты уже говорил.
– Хуже! И если ты станешь его защищать, как какая-то блаженная дура…
– Я не стану."
"– Вот и хорошо! Я бы… – Фед отстраняется, ведет растерянно рукой по голове, – никогда в жизни так не поступил с любимой женщиной.
Если бы что-то случилось с Лизой, я бы был с ней до конца.
– Я знаю, – знаю и, может быть, именно поэтому так его люблю. – Но он – не ты.
А я – не Лиза… И, кстати, учитывая ситуацию, может быть, даже лучше, что у нас так… без любви. У него. А впрочем, кого я обманываю?
– Дина…
– Да?
– Я, кажется, опять не так выразился. В смысле… если что-то с тобой случится, я буду рядом. Ты можешь на меня положиться.
Понимаешь?
Понимаю. Да… Но понимает ли он, что я не захочу жертвы? Если бы он любил меня – другое дело. Но так, исключительно из чувства долга… Нет, спасибо.
– Спасибо.
– Мне очень хорошо с тобой. Ты не представляешь, как много стала для меня значить. Вчерашняя ночь… Если бы не ты, я не знаю, как бы это все переживал.
– Что именно?
– Да так… Воспоминания. Накатило. Не бери в голову…
– Ладно.
– Я понимаю, что со мной, наверное, сложно.
