Я могу ошибаться, но разве массажисту не стоит быть более сдержанным? Интересно, что он себе надумал? А впрочем, какое мне до этого дело? Скорей всего, мы больше никогда не встретимся. Я здесь и оказалась лишь потому, что сертификат в SPA мне на день рождения подарила подруга. Светка не соврала – здесь действительно шикарно, но это неважно, я все равно сюда не вернусь. Просто потому что не люблю выбираться из своего кокона.
Пока я лениво гоняю по кругу мысли, пальцы массажиста снова смещаются и проходят в опасной близости от кромки идиотских одноразовых трусиков.
Их выдают в местах вроде этого в комплекте с халатом и шапочкой для душа. Я медленно сглатываю пульсирующее в горле сердце. Умелые руки красавчика на миг замирают. Едва касаясь, поглаживают кожу на внутренней стороне бедра и неспешно продвигаются дальше…
Господи, что он делает? А я… что? Надо непременно его остановить. Какого черта он вообще себе позволяет?
Меня бросает в пот. Пот собирается над губой, на висках и в подмышках. Массажист обхватывает полушария моих ягодиц ладонями, а большими пальцами отодвигает трусики в сторону.
И тут я подскакиваю. Сажусь, прижав к груди чертово полотенце, потому что орать, сидя перед ним голой, глупо.
– Это что сейчас было? Ты вылететь отсюда захотел, да? Так я это устрою.
Меня слегка потряхивает. И все бы ничего… Да только трясет меня вовсе не от праведного гнева, как это должно бы, а скорей от собственной же неудовлетворённости. Напряженные мышцы, не получив своего, яростно сжимают пустоту. И где-то на краю сознания зудит пугающая мыслишка: а если бы я позволила, м-м-м? Ну, что бы от меня – убыло? Вряд ли.
– Извините, – красавчик в примирительном жесте выставляет перед собой ладони. Пальцы у него длинные, на руках неожиданные мозоли, запястья по-мужицки широкие. Я как идиотка пялюсь на эти руки, вместо того, чтобы поставить извращенца на место. Влепить ему пощёчину. А еще лучше вызвать директора и все рассказать…
– Извините? – перекривляю, не в силах затолкать назад проснувшуюся в себе стерву.
– Знаешь куда ты можешь засунуть свои извинения?"
"Все мое напускное спокойствие идет дырами, бежит стрелками, как прохудившиеся колготки. Я вскакиваю со стола, шагаю к нему, не имея совершенно никакого плана, что делать дальше. Чувствую себя лающей на слона Моськой. Мне приходится запрокинуть голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Он высок. И действительно очень красив. Это только еще сильней меня бесит. Я ничего подобного не ощущала сто лет! А теперь… вот.
