И главное, кто виноват в случившемся? Массажист, которого я в первый раз вижу! Делаю решительный шаг и будто с разбега наталкиваюсь на его равнодушный взгляд исподлобья.
– Боюсь, вышло какое-то недоразумение. Вы в курсе, на какую услугу записались? – мертвым, без тени эмоций голосом интересуется парень.
– Конечно! – вздергиваю подбородок я. – На массаж.
– Интимный массаж, – так же ровно уточняет он.
– Что? – моя челюсть медленно отъезжает вниз. – Ты… Вы же сейчас шутите, правда?
– Нет. Но я приношу извинения от имени компании за случившееся недопонимание.
Сотрудники рецепции должны были донести до вас полную информацию об услуге.
Мы впервые так близко, что я со своим сильно подсевшим за последнее время зрением могу рассмотреть его бейдж. Зовут парня Федор.
– Они не виноваты. Это был… подарок. И если кого винить, так это мою подругу.
По крайней мере, это я должна признать. В ответ на мои слова Федор равнодушно пожимает плечами. Плечи у него богатырские. Тугие бицепсы, натягивающие ткань белой медицинской формы с голубой, в тон его льдистых глаз, выстрочкой.
Интересно, а он с таким же каменным лицом ласкал бы меня между ног?
Это какой-то сюр… Мне делал интимный массаж ряженый. Как те стриптизёры, что переодеваются в пожарных или ковбоев. Остается только надеяться, что в процессе горе-доктор не сместил мне парочку дисков. Кости – то немногое, что во мне еще остается целым.
– У тебя хоть диплом есть? Мне за спину уже начинать волноваться, или обойдется? – уточняю, потянувшись к халату. Все это время тот висел на вешалке справа от стола.
А я совершенно о нем забыла, иначе бы надела сразу и не расхаживала перед массажистом в чем мать родила. Пусть ему не привыкать, самой мне неловко. Не считая нужным скрывать, что чувствую, я брезгливо морщусь.
– Диплом есть. И пять лет медицинского. – Красавчик открывает кран, намыливает руки и принимается мыться, как хирург перед операцией. Меня это какого-то лешего задевает. Хотя… мало ли кто к нему приходит за своей порцией удовольствия. Может, оно и к лучшему.
По крайней мере, я могу быть спокойна за свое здоровье.
– А на последний год тебя не хватило? Или ты вдруг почувствовал, что твое призвание – интимный массаж? – язвительно интересуюсь я, затянув поясок на халате. Спина Федора каменеет. Я прикусываю язык. Светка говорит, что я одичала, и, наверное, в ее словах есть доля правды. Неудивительно, что красавчик ничего мне не отвечает. А перед тем как выйти, бросает лишь:
– Скажу, чтобы вам принесли чай.
