– А у вас и не должно было быть. Исключительно у тебя… Разрядка.
– Я что, правда на людей бросаюсь? – кошусь на Светку. Ветер подхватывает мои обкорнанные волосы, после операции прошел почти год, а они все никак не отрастут.
– Да от тебя все наши мужики стонут! От охранника на проходной до Куницына.
Куницын – генеральный директор одного из принадлежащих мне заводов. Матерый такой мужик, отличный профессионал. Уж если я и его задрала, мои дела совсем плохи.
– Учту, – киваю, ставлю сумку на пассажирское сиденье, сама ныряю на водительское.
Один пузырек, другой, третий, блистеры… Всего десять таблеток. Утром и вечером чуть побольше.
– Не забудь, что в семь мы тебя ждем в Нигора. У них потрясающее диетическое меню. Ничего вредного, ничего острого…
– Ничего вкусного, – заканчиваю за подругу. На этот раз обычно задорный Светкин смех звучит натянуто.
– А хочешь, я закажу то же, что и ты?
– Это еще зачем? Чтобы никто из нас не получил удовольствия? – удивляюсь. Хочется домой, в свою раковину, но машина еще не прогрелась, а Светка, пользуясь этим, продолжает надоедать.
– Это ужасно несправедливо!
– Что?
– То, что тебе этих самых радостей осталось так мало! А доступные ты сама какого-то фига игноришь!
Боже, она опять об этом?! Я закатываю глаза и меняю тему:
– Я приеду. Говоришь, в семь?
– Ага. Так ты точно не хочешь закатить грандиозную вечеринку?
Для меня поход в любое многолюдное место – подвиг. И испытание для здоровья. Так что… Нет. Я не хочу. Качаю головой. К счастью, от дальнейших пререканий с подругой меня избавляет звонок телефона.
За год моей новой жизни тот звонит все реже, но в день рождения обо мне вспоминают даже те, кто давно забыл… Кошусь на экран и сильней стискиваю на руле пальцы.
– Не хочешь ответить? – удивляется Авдеева.
– Нет. Это Гарипов.
Глаза Светки комично округляются.
– Надо же! Не забыл. Хочешь, я этому мудаку за тебя отвечу?! Давай! Я все этой падле скажу…
И снова я качаю головой. Нет, не надо. Ответить по-хорошему следует мне. Но я не склонна к мазохизму.
Не хочу проворачивать нож, воткнутый в мое сердце. Ведь если тот не трогать, порой даже кажется, что его там и вовсе нет.
ГЛАВА 2
Дина
Дождь начинается еще в дороге. И без того серый промышленный город выцветает как будто полностью. Сейчас он так похож на меня… Серую, неказистую. Гляжу на себя в зеркало заднего вида. Да, ничего особенного. Знала бы, что после операции мне ничего нельзя будет поменять, может, успела бы сделать какой-нибудь модный тюнинг.
