— Да вы что! Ничего он не знает! Вы бы на рожу его довольную посмотрели! Станет человек тратить бабки, если его вот-вот посадят! Он их зароет куда-нибудь, чтобы потом выйти и откопать!
— Он не на себя их тратит, — раздраженно проговорил Тыбинь.
— А на кого же?
— Неважно. На подарки. И по родне он сегодня ездил не просто так. Деньги, которые взял в тайнике, раздавал...
— Почему же он не бежит?
— Куда? Он не умеет прятаться, я думаю...
— Лопух! Лох последний!
Дербенев неожиданно появился в витринах первого этажа, расправив плечики, высокомерно и презрительно поглядывая в угрожающую темноту окон.
— Пожалуй, знает... — вздохнул стажер, поймав гневный взгляд объекта. — Но как он...
— Что будем делать? — перебила его Кира, обращаясь к Тыбиню.
— Оперу нужно докладывать! — тут же влез Ролик.
— Да заткнись ты, наконец!
Гневный окрик обычно сдержанной и доброжелательной Кобры заставил ошарашенного стажера умолкнуть.
Старый отрицательно покачал тяжелой головой.
— Не будем пока. Я сам пойду на него посмотреть.
— Он тебя узнает! — встревожилась Кира, почуяв неладное. — Он вспомнит тебя! Ты же с ними в бильярд играл! Миша, ты не взял связь!
Но Тыбинь, не слушая, вылез из покачнувшейся машины и тяжелой медвежьей походкой направился к дверям. Когда он что-то задумывал, никто не мог его остановить.
Автоматические стеклянные двери гостеприимно раздвинулись. Пахнуло теплом. Старый вошел. Он еще сам не решил, что будет делать, и не был уверен, что поступает правильно.
Чувство противоречия кому-то — не то грубой властности старичка Лермана, не то бессмысленной, несправедливой определенности жизненного уклада — толкало его вперед. Он не любил быть подневольным тупым исполнителем. Он должен был верить.
Дербенева он нашел в отделе игрушек, у кассы. Не прячась, не используя приемов оперативной маскировки, в которых он был дока, Старый просто встал у белой гладкой колонны, наблюдая метания человека, попавшего в переплет.
Было странно — но именно теперь, когда он полностью раскрылся, объект не обращал на него никакого внимания. “Оглянись! — со злостью говорил про себя Тыбинь. — Оглянись же, черт возьми! Увидь меня! Я здесь!”
Тимур Дербенев купил огромную мягкую игрушку — белого пятнистого далматинца с красной пастью — и потащил ее в пластиковом мешке мимо Тыбиня.
— Осторожнее, мешок порвется! — сказал ему Старый.
— Благодарю...
