Мы встанем в дюжине шагов друг от друга. Когда пробьёт семь, с первым ударом — достанем револьверы. Один окажется быстрее, второй умрет. И это будешь ты!
Теперь громко смеялся уже мистер Дадли.
— Что за фарс, Джонс? Отродясь не слышал о такой дуэли! Я англичанин, родом из страны джентльменов. Мы в Америке: это тоже страна джентльменов. Джентльмены не устраивают из дуэли цирк! Может, в твоей сраной Австралии или у поганых ирландских католиков…
— Цирк или нет, но раз уж мальчик-проповедник меня чуть разжалобил… хочу развлечение! Выбирай: или будет так, как сказал я — или продолжится так, как раньше.
— Чёрт с тобой, нечестивец! В семь. У часов. Имей в виду: я стреляю не хуже старика Ричарда.
Джим Джонс вышел молча.
— Джерри… — он впервые обратился к Смиту по имени. — Если… если что, тебе придётся позаботиться об Элис вместо меня. Я прожил довольно много лет, и годы вышли не из простых.
Уильям крепко пожал Джеремайе руку.
По дороге в порт Джеремайя не сдержался и рассказал Элис о случившемся. Влюбленные всегда поступают глупо — и всегда жалеют об этом. Бросать отца девушка не собиралась. Джеремайя попытался остановить её, ухватил за локоть.
— Пусти!.. — в голосе Элис, всегда таком нежном, прорезался отцовский металл.
— Там опасно! Я обещал…
— Если Джим Джонс соврал, то опасно везде. Если нет, я хочу увидеть отца. И уж точно не хочу провести остаток жизни, трусливо прячась… Даже с тобой!
Последние слова прозвучали как-то… нежно? Элис прижалась к Джеремайе. Их глаза встретились, но потом девушка вырвалась и побежала.
Конечно же, Джеремайя её догнал. Конечно же, она заплакала. И конечно же, юноша не смог её удержать.
— Хорошо, Элис. Но ты будешь смотреть издалека. Я не доверяю Джонсу.
— Он не победит, Джерри. Ты плохо знаешь отца.
Уильям Дадли и Джим Джонс стояли друг против друга, расставив руки на уровне пояса. Если бы не разделявшее их расстояние, можно было бы решить, что мужчины собрались бороться, а не стреляться.
Элис видела отца только со спины, хотела подойти ближе — Джеремайя остановил. В этот раз она послушалась. А минутная стрелка башенных часов приближалась к двенадцати.
