На самом деле, конечно — собачья чушь, результат алкоголизма и наркомании в одном коктейле с какими-то книжками, прочитанными давным-давно.
Рокер в полной мере понимал: это очередная галлюцинация. Но только на время став немного психом, он мог помочь другу выбраться из настоящей пучины бреда. Только в нежном шёпоте Ши можно услышать о природе безумия нечто важное. То, что он успел забыть.
То, без чего Гену никак не спасёшь.
Нельзя верить галлюцинации на слово, это понятно. Однако очень быстро Борщ понял нечто куда более полезное.
Таблетки мешают Ши владеть его головой, в этом нет сомнений. Значит, они и Гене помогут увидеть реальность, столь очевидную для Борща.
Проснулся я рано. Гудящая со вчерашнего голова намекала, что неплохо бы поспать еще часок, но зов мочевого пузыря оказался сильнее. Закинувшись «Нурофеном», который Рита заботливо положила на прикроватную тумбочку, я поспешил по неотложным утренним делам.
Теплый душ и таблетка свое дело сделали отчасти. Голова гудеть перестала, но бодрости особо не прибавилось. Борщ еще не вышел из комнаты, Рита тоже отсыпалась, так что хлопотать на кухне пришлось в одиночестве. Чтобы развлечь себя, включил «Смешариков»: да, трейдеры за сорок тоже их любят! Горячий кофе возвращал силы, яичница шипела на сковородке, Нюша разыскала Бараша в горной хижине — что может быть лучше поутру?
Весёлая незнакомка появилась перед домом совершенно неожиданно.
— Здравствуйте! Вы Гена, да? Илья Борщевский у вас остановился?
Я не удивился, что стоявшая на крыльце девушка искала Борща: она была просто воплощением его женского идеала.
Борщ все-таки зараза: ни словом вчера о ней обмолвился! А ведь если дама решилась проделать такой путь просто потому, что «захотелось сделать Илье сюрприз!» — это уже говорит о многом.
Я пригласил Илюхину подругу в гостиную и столкнулся со спускающейся к завтраку Ритой.
— Милая, у нас снова гости! Это… Твою мать! Яичница!
Я бросился спасать завтрак. Впрочем, запах гари подсказывал: спасать уже нечего, увы… Девчонки вошли в гостиную, о чем-то болтая.
