Только вернись

После секса, разумеется. Я трахаю ее быстро и грубовато, не заботясь о ее удовольствии, словно наказывая за что-то… А за что, собственно? Наш договор подошёл к концу, так что Кара может катиться на все четыре стороны…

Утром я просто уезжаю на работу. Пора, наконец, встряхнуться и войти в нужное русло. А она… Пусть валит в свою Америку и оставит меня в покое. Сидя за рабочим столом, я думаю об этих волшебных днях – отдыхе в Загорье, лице ее улыбающейся дочери, нашем побеге из дома охотника-психопата… Перебираю в айфоне сделанные украдкой фотографии.

На них Кара играет с Миланой в мяч, а няня томно отдыхает на берегу. Вздрагиваю от резкого, пронзившего тишину кабинета звонка.

– Да, Всеволод Иванович, – отвечаю Свирепому.

– Доброго дня, Глеб. Простите, что беспокою – наверное, вы провожаете Каролину Дмитриевну в аэропорт, а я…

– Я на работе. Могу подъехать, если нужен.

Свирепый странно на меня посматривает. Как на идиота, который не видит ничего дальше своего носа. Его взгляд наводит на мысли, что я чего-то не знаю.

– Всеволод Иванович, почему вы так смотрите?

– Я просто удивился, что вы на работе, а не провожаете… Хм… Простите, это не мое дело. Я вас пригласил говорить о другом – наши преступники Пупков и Федоровский были задержаны по подозрению в краже. Если мы предъявим обвинение в похищении ребенка, им добавят к сроку. Каролина отказалась писать заявление и давать делу ход, что глупо, на мой взгляд. Ну, что же… Она решила бежать в Америку, это ее право, как и молчать о…

– Да о чем бы мне пытаетесь сказать, черт вас дери! – не выдерживаю я.

 – Я плачу вам деньги за работу! Я, а не Кара. Она попросила меня о помощи и крове, но ваш наниматель я. Почему вы позволяете себе играть в молчанку и не…

– Милана ваша дочь, – выдыхает он, выуживая из нагрудного кармана платок. – Черт, я ведь дал слово молчать. Вы сбили меня с толку, вы…

– Повторите, – выдавливаю хрипло. – А как же Харин?

– Вы отец девочки, а я идиот, раз не сдержал слово… Каролина перестанет мне доверять.

Я никогда не подводил раньше своих клиентов, я…

– Вы должны были сразу сказать об этом мне! Это… Черт, сколько времени?

– Половина двенадцатого, – тараторит Свирепый. – Поезжайте скорее и верните свою семью, Глеб Андреевич. Надеюсь, Каролина поймет меня… Господи, как стыдно…

Срываюсь с места и лечу в аэропорт. Брыкалов мчится на большой скорости, лихачит на встречке и подрезает другие машины.