Только вернись

Неужели, это правда? Мила моя дочь? А эта маленькая лживая дрянь молчала? Хотела просто уехать и забрать моего ребёнка… Не понимаю, а как же Харин? На тех фотографиях они мило целуются, а Кара… Она уже тогда была беременна? Может, Свирепый солгал? Или Каролина обманула его, пожелав оставить в тайне число своих любовников. Одно я знаю твердо – пока я все не выясню, никуда она не полетит.

Свирепый состряпал мне липовый запрет на выезд – у меня не было времени делать настоящий, но на Кару он производит неизгладимое впечатление.

Ее губы дрожат, лицо покрывается красными пятнами, плечи сникают. Попалась, птичка? Никуда тебе не деться от меня, так и знай.

– Брыкалов, забирай чемоданы, – командую я. – Сейчас ты поедешь домой, Кара.

– А если я не хочу, Глеб? Я не твоя пленница, я ненавижу тебя, ты… – сглатывает слезы она. Заламывает руки и прижимает к боку головку Миланы.

– Я сделаю тест ДНК, чтобы удостовериться в том, что Мила моя дочь. А потом решу, как поступить с тобой.

– Кто тебе сказал, как ты узнал?

– Неважно.

Накопал и все, – отвечаю, желая прикрыть жопу Свирепого. – Я не позволю девочке жить вдали от меня. Мила? – зову дочку. – Ты хочешь домой? А я… Я твой папа.

– А как же тест ДНК? Тебя обманули, Вяземский. Мила не твоя дочь. Кажется, ты торопишься играть в папочку! – шипит она.

Раскрасневшаяся, маленькая, с горящими глазами, она являет соблазнительное зрелище. Эдакая ведьмочка в деле.

– Милана не котенок и не игрушка, слышишь ты?! Сегодня «я твой папа», а завтра «прости, детка, тест показал другое».

Оставь нас в покое, Глеб!

– Каролина, тебе не кажется, что мы привлекаем внимание всех посетителей аэропорта? Сейчас ты пойдешь за мной и молча сядешь в машину. А дома я решу, как мы будем жить дальше.

– Я не хочу с тобой жить, ты мне не нужен.

– Я тоже не в восторге от сложившейся ситуации. Кара, просто подумай о дочери и засунь свой норов в задницу.

Внутри поднимается волна гнева. Не помню, чтобы когда-то была такой неуравновешенной и злой. Даже в далеком прошлом, когда узнала, что любимый женится, я не испытывала ничего подобного… Мне хочется убить Вяземского и сбежать в Америку… Ненавижу его… Не хочу смотреть в наглую самодовольную рожу! Как он узнал? Прислушался к трескотне няни Юли и молча, не спросив моего разрешения, сделал тест ДНК? Я ведь запретила ей произносить вслух мысли о похожести моей дочери «на папу»!

Опускаю взгляд на испуганную Миланку, крепко сжимаю ее ладошку и послушно иду вслед за Вяземским.