Товарищ "Чума" (СИ)

Иеромонах остановился перед самыми прутьями решетки, тяжело гоняя воздух раздувшимися ноздрями, словно раззадоренный тореадором бык и неистово сверкая глазами. Если бы он умел прожигать взглядом, от меня бы уже давно одна дырка от бублика осталась.

Отец Евлампий стоял, тяжело дышал, но ко мне в клетку отчего-то не входил. Нет, я видел, что он меня совсем не боится, даже наоборот — это я его опасаюсь. Однако, деваться мне некуда — проблему нужно решать. И, чем быстрее — тем лучше. Я, по возможности, хотел еще и с партизанами встретиться.

Во-первых: проконтролировать, как сработало моё проклятие. Оценить, так сказать, размах и последствия моей первой колдовской печати. И прикинуть, куда двигаться дальше. Ну, и во-вторых: не дать никому из местных — гражданских и партизан, случайно вляпаться в эту самую «дрисню». А если кто и попадет по недоразумению, постараться помочь. Если, конечно, это проклятие имеет обратную силу. Только для этого мне из клетки для начала выбраться надо.

Отец Евлампий всё стоял и дышал, что у меня даже волосы на голове развевались, словно под порывами ветра. Сжимал и разжимал кулаки, но, отчего-то, ничего не предпринимал. Приглядевшись, я заметил, что губы у него беззвучно шевелятся. Он там что, молитвы читает?

— И чего ты такой нервный, батюшка? — произнес я, чтобы хоть немного изменить явно зависшую ситуацию. — Разве я хоть слово неправды сказал? Хоть мой отец, как ты утверждаешь, сам отец Лжи? Ну, да ладно, я уже привык, — решил я закруглиться, раз уж отец Евлампий не обращал на мои слова ровно никакого внимания.

Наконец здоровяк всё-таки сумел взять себя в руки. Еще минуту он стоял, а от его багрового лица отливала кровь, а дыхание становилось всё тише и тише.

— Прости Господи, душу мою грешную! — наконец вслух произнес он и истово перекрестился. — Давно я под ваше ведьмовское влияние не попадал… — наконец облегченно выдохнул он. — Уже и отвык совсем… Пора смену просить…

— А можно с этого места поподробнее? — Его последние слова меня весьма заинтересовали.

— А ты что, действительно не знаешь? — На батюшку мое заявление тоже произвело неизгладимое впечатление. — Действуешь, да еще как действуешь! Только одним своим присутствием из себя выводишь! Не знал?

— Нет. — Я мотнул головой.

— Да-а-а, — протянул он, — обмельчал совсем ведьмак. Даже сил своих не разумеет.