Товарищ "Чума" (СИ)

— А ну говори, гад, — и она большим пальцем оттянула курок, показав, что намерения у неё весьма серьёзные, — с какой целью под красноармейца рядишься? Ну? Пальну «на три»! Раз! Два…

[1] Фраза «После первого стакана не закусываю» появилась в 1959 году после выхода фильма «Судьба человека». В немецком плену главный герой отказался закусывать после первого стакана. Фильм «Судьба человека» — советская военная драма режиссёра Сергея Бондарчука (он же играет главную роль), снятая на основе одноименного рассказа Михаила Александровича Шолохова «Судьба человека» (1956 г.

), премьера фильма состоялась 12 апреля 1959 года.

[2] Евгеника — учение об улучшении человека при помощи искусственного отбора (селекции). Учение было призвано бороться с явлениями вырождения в человеческом генофонде.

— Три! — поспешно, словно куда-то торопилась, выдохнула Глафира Митрофановна и её палец на спусковом крючке дрогнул.

Вот теперь меня словно изморозью обдало и пробило холодным потом. А затем окружающая реальность вздрогнула и застыла — включился аварийный режим.

Я облегчено выдохнул, но расслабляться не стал, надо еще неожиданно с чего-то взбеленившуюся мамашку разоружить. А то нашла себе немецкого диверсанта!

Я уже принялся продавливать одной рукой сопротивляющуюся тягучую субстанцию времени, потянувшись к нагану, как вдруг фигура Глафиры Митрофановны засияла разнообразием всевозможных расцветок. Я от неожиданности даже забыл об угрожающей мне опасности, выпучившись на это «светопреставление».

Тело мамаши окружал натуральный светящийся ореол, выходящий за пределы её тела.

Каких только красок тут было не намешано: красный, синий, оранжевый, желтый, фиолетовый и даже черный. Краски смешивались, перетекали друг в друг, однако во всем этом разнообразии можно было легко вычленить несколько слоёв.

Однако, поточнее я рассмотреть их не успел — мне неожиданно поплохело, а затормозившее время рывком вернуло себе нормальную скорость. Моя рука, выброшенная вперед, резко отбила в сторону направленное на меня оружие.

Но я не успел — пред самым соприкосновением сухо треснул спущенный мамашей курок…

«Приплыли!» — пронеслось в голове, но выстрела не последовало.

Выбитый из руки Глафиры Митрофановны наган проскакал по столу. И едва не свалился на пол. Я едва сумел его поймать. Взглянув на пустой барабан, я понял, что мамашка просто-напросто взяла меня «на понт». Просто напугать решила? Но на кой хрен ей это было нужно? На отбитого на голову пранкера она совсем не похожа.