Трепет. (не) его девочка

Сама же хотела, чтобы он приехал… Ну, приехал, и что теперь? Тебе спокойнее стало, Яна, от того, что он здесь, с тобой, а не где-то? Не с кем-то?

— Ты… голодный? — спрашиваю из вежливости, разумеется. Все же рискую и бросаю взгляд в его сторону. Отчим стоит чуть ближе, руки засунул в карманы брюк. Штаны снова натянулись в области паха, и я буквально уговариваю себя не опускать взгляд ниже. Не знаю, как удается смотреть исключительно на его лицо. Кажется, у меня даже уши начинают гореть от напряжения.

— Очень голодный, Ян.

Но тебе не стоило готовить, раз болит голова. Таблетку выпей.

Боже, он, видимо, не отстанет, пока я не приму обезболивающее. Не говорить же мне ему, что соврала, потому что переживала о том, где он?!

— Не так уж сильно она и болит…

Убавляю температуру конфорки, затем наливаю в стакан немного воды, беру таблетки со стола, и половинку одной выпиваю. Ничего же не будет, даже если голова не болит. Обычные таблетки.

— Все будет готово через минут пятнадцать, — говорю мужчине, топчась на одном месте и поджимая пальцы ног.

Он так и будет тут стоять, пока я заканчиваю с готовкой?

— Хорошо, Ян. Душ приму и спущусь.

Воображение — мой добрый друг — сразу же подкидывает соответствующие картинки, как если бы я ввела в поиске "голый красивый мужчина в душе". Только сейчас все гораздо хуже, потому что я уже видела отчима в душе, так что и воображать особо не нужно. Резервы памяти переполнены тем мгновением моего позора.

Рустам так смотрит на меня, что мне начинает казаться, будто он читает мои мысли.

Мои постыдные ужасные мысли. Именно из-за них у него так темнеет и заполняется огнем взгляд. Я чувствую неистовое желание защищаться, хотя он ничего не говорит и не делает, но мне все равно хочется опровергнуть его подозрения на мой счет.

— Это я не для тебя готовлю! — выпаливаю отчиму в лицо. Темная бровь тут же скептически ползет вверх. — То есть, ты тоже можешь поесть, конечно. Я просто… решила себя занять чем-то. Но это не для тебя лично. Это, скорее, для меня самой… Подумала, что раньше так было.

Я или мама часто готовили. Потом мы вместе садились за стол. И я решила, что все может быть… как раньше. Между мной и… тобой…

Взгляд мужчины после моих слов лишается огня. Из него словно выкачивают пламя и заполняют холодом.

— Ты снова ходишь босиком, Яна, — хрипит Рустам, после чего вдруг начинает приближаться ко мне. Я так теряюсь, что очередной вдох вызывает боль в груди, поэтому я прирастаю к полу и стараюсь не дышать.