Тринадцатый странник

Здесь же, на конюшне, я первый раз услышала, что говорят обо мне в Башне. Наверное, я действительно была очень наивной. Я даже не поняла тогда, что речь обо мне. Сидела на кипе соломы, чувствовала себя счастливой…

Те девушки, убирающие на конюшнях, просто не заметили меня.

— Проклятье, из-за нее я проиграла сотню! — возмущалась одна.

— Думаешь, из-за нее? Я говорила, что он подождет до ее восемнадцати. Я вот выиграла! — горделиво поведала другая.

Первая досадливо фыркнула.

— Эта глупышка до сих пор считает его то ли отцом, то ли старшим братом, представляешь?

— Да ладно? Шутишь?! Она совсем безмозглая?!

— Не знаю.

Говорят, очень одаренная. Князь с нее пылинки сдувает. Только дело ведь не в ее способностях, да? По крайней мере, не в тех…

Девушки рассмеялись. Я слушала, нахмурившись и недоумевая. Подслушанный разговор был странным. Он тревожил меня.

— Дева Мария, он так на нее смотрит… — с придыханием добавила первая. — Полжизни бы отдала за один такой его взгляд.

— Это точно. Даже представить не могу, на что он способен в постели.

Глория орала на всю Башню, счастливица…

— Жаль, что он никогда не посмотрит на таких, как мы…

— А эта маленькая дурочка даже не замечает, представляешь?

— Спорим, он сделает это в ближайшие пару месяцев?

— Ты уже проиграла… ставлю на восемнадцатый день рождения…

Сплетницы ушли, а я пожевала соломинку, которую вертела во рту. От услышанного осталось мерзкое ощущение чего-то липкого, грязного, злого… Сплетни, слухи, домыслы — тогда я впервые почувствовала их отвратительный вкус.

Болотная жижа чужого любопытства и порочного желания запустить лапы в грязное белье, насладиться позором, страданием или интимными подробностями. Мне это было непонятно и противно. Я жалела, что случайно подслушала этот разговор. И даже не поняла, что речь шла обо мне.

И осознала это лишь среди ночи, проснувшись резко и хватая ртом воздух. Видимо, во сне мой глупый разум расставил все по своим местам.

Не желая верить в свою догадку, выбитая из колеи этими ужасающими сплетнями, я спрыгнула с кровати и рванула из комнаты.

Босая, растрепанная, бесконечно несчастная. Я хотела увидеть Ландара, хотела услышать его смех, почувствовать спокойствие. Правда, уже у его двери опомнилась, замерла с занесенной для стука рукой.

Попятилась, приходя в себя. Боги, что я делаю? Решила разбудить ЕГО, князя, чтобы он вытер мне сопли и утешил? Да я сдурела?

Хотела повернуться и уйти, но створка распахнулась.