Трое на каникулах

И для этого не подходит простая собачья конура на заднем дворе оживленного трактира.

А тот мужик, которого убила Ланка? Откуда он взялся? Как смог пройти по городу незамеченным?! Мимо множества людей, мимо стражи, да еще ни разу ни на кого не накинувшись?! Он, мертвяк, у которого сразу после перерождения осталось только одно желание – убивать?! Он же не мог просто выйти из леса, спокойно миновать открытые ворота, пропереться, никого не тронув, через весь город и только тут внезапно проявить свою темную природу?

Но тогда что это? И как вообще в центре Рино мог взяться самый настоящий зомби? Да еще и не один, а в компании милейшего пса, который всего несколько часов назад весело играл с внучкой хозяина?!

– Проверь девочку, – тихо велел Ланке Ник, тоже, похоже, подумав о том же.

 – Ниэль…

Я перехватила быстрый взгляд мага в сторону все еще находящегося в шоке нэла Торо и, глянув на него через «прозрение», отрицательно качнула головой.

Нет, с ним пока все было в порядке.

Аура как аура, никаких повреждений, предвещающих нехорошие перемены. Возле него даже тех странных точек не было, которые все утро меня беспокоили. В том смысле, что во всем городе их хватало в избытке, даже вокруг нас, пока мы сидели на заднем дворе, кружилось великое множество, а вот внутри дома их почему-то не было.

И это, мягко говоря, настораживало.

Если в городе такой магический фон, то почему здесь он не нарушен? Или же дело не в фоне? Признаться, ничего подобного я раньше не видела и даже близко не могла представить, что бы это могло значить.

– Наверху все в порядке, – доложила вернувшаяся Ланка, а следом за ней со второго этажа выглянула испуганно прижимающая к груди Манюшку дочь нэла Торо Мила. Следом за ней из соседней комнаты вышла такая же испуганная постоялица со второй девочкой. И я, глянув на всех четверых, самую капельку успокоилась – черных точек вокруг них тоже не было.

Здоровые ауры, ровное изумрудно-зеленое свечение…

Я чуть прищурилась, обнаружив, что в руке Мила сжимает испускающий ровное белое свечение предмет. Совсем небольшой, может с детский кулачок, но это явно была не простая магия. Точно такой же светящийся кругляшок, только поменьше, светился на шее Манюшки. А еще один, совсем маленький, лежал в левом нагрудном кармане ее деда.

– Что это? – спросила я, кивнув на судорожно сжатые пальцы Милы.