Царица темной реки

Три складные бамбуковые удочки в три звена каждая, сине-красные бакелитовые поплавки, да вдобавок малюсенькие колокольчики на конце каждого удилища, леска прозрачная, ни одна самая зоркоглазая рыба не увидит, вместо червяков (хотя здесь их и можно было накопать хоть ведро) крючки спрятаны в искусственных мушках, сделанных так искусно, что от настоящих не отличишь, и выдержат черт-те сколько поклевок, не изжулькаются.

Трофеи добротной немецкой работы.

Вот теперь я сделаю последнее перед, скажу уж пышно, повествованием отступление – о принципиальной разнице меж мародерством и трофеями.

Никто никогда вслух эту разницу не обсуждал, но все ее прекрасно знали и соблюдали.

Негласно считалось так. Если какой-нибудь морально нестойкий экземпляр после боя незамеченным проскользнул на покрытое мертвяками поле и начал методично обшаривать карманы и ранцы фрицев, собирая всякое добро, те же часы, горстями, кольца снимая (у немцев, в отличие от нас, тогдашних, было в обычае носить обручальные, и не из меди), – вот это уже мародерство.

За такое, смотря кому попадешься, можно не только в штрафную роту, но и схлопотать расстрел перед строем. Что однажды в сорок третьем на моих глазах и произошло. Очень уж рассвирипел политрук, и упрекнуть я его не могу: этот хмырь, весь в наколках и сроках, из лагеря выпушенный на фронт грехи искупать, три увесистые золотые обручалки, плотно сидевшие, с пальцами срезал, да так, с пальцами, в «сидор» и покидал. Немец, конечно, гад ползучий и заслужил не одного убиения, а троекратного, но уж чтобы так-то… Мы ж не немцы и не должны были с ними равняться.

А вот если ты со свежеупокоенного (часто тобою же) фрица снял часы или забрал хороший портсигар – это совсем другое. Это трофей. Главное, чтобы ты сам в том бою участвовал – и неписаных приличий ради не на глазах у командира. Ну, а если уж речь идет об оружии, тут вообще полная свобода: кортики-пистолетики, иногда попадались парадные сабли. Или награды.

Сколько у нас пацанов после войны немецкими наградами игрались… ах, и вы тоже? Ну да, главное было – по дури на грудь не нацепить, кроме одного-единственного случая, когда в войну играли и вам выпадало немца изображать. Ну вот, лучше меня знаете, вы-то сами играли.

Короче говоря, догнали мы месяца полтора назад удиравшую немецкую автоколонну и распатронили ее в дым. Мы работали огнем и гусеницами, а десантники, что у нас сидели на броне, – автоматами.