– Идем, – говорит Гаррет, мягко подталкивая меня локтем. – Вернемся домой.
Поборов панику, я позволяю друзьям вывести меня со стадиона на парковку. Я приехал в кампус с Гарретом и Ханной, так что забираюсь на заднее сиденье «джипа» Гаррета. Элли проскальзывает, занимая место рядом. Всю дорогу домой мы молчим.
Как только входим в переднюю, Элли спешит наверх по ступеням в комнату Дина. Я все еще не могу поверить, что он не пошел на церемонию прощания с Бо, но мне кажется, что в жизни Дина еще не было серьезных потерь.
Остальные сбрасывают пальто и ботинки и тащатся в гостиную. Ханна и Грейс делают кофе, и некоторое время мы сидим молча, как будто у всех посттравматическое расстройство или что-то вроде того. Мы потеряли друга и никак не можем осознать это.
В конце концов Гаррет медленно ослабляет галстук, снимает его и бросает на одну из ручек дивана. Затем говорит, устало вздыхая:
– Выпуск через несколько месяцев.
Все кивают – то ли потому, что соглашаются с этим, то ли просто дают понять, что услышали.
Он окидывает взглядом гостиную, и на его лице появляется грусть.
– Я буду скучать по этому дому.
Да, я тоже. И до сих пор понятия не имею, где буду в мае. План был переехать обратно в Техас, но реализовать его не получится, когда между нами с Сабриной такая неопределенность. К маю станет точно известно насчет ребенка. Я искал информацию в Интернете и знаю, что, если Сабрина выберет аборт, она должна будет сделать это до первых чисел марта.
– С нетерпением жду, когда начнем искать квартиру, – говорит Ханна, но вопреки ее словам в голосе нет и следа нетерпения.
– Мы найдем что-нибудь крутое, – заверяет ее Гаррет.
Она бросает взгляд на Грейс.
– Вы, ребята, все еще ищете что-нибудь на полпути между Гастингсом и Провиденсом?
Грейс кивает и прижимается ближе к Логану, который нежно проводит пальцами по ее длинным волосам.
Меня наполняет зависть.
А я? Черт возьми, кто знает.
