Цианид

У нас даже появилось что-то вроде маленького утреннего ритуала: мне помогали уложить волосы, проверяли, правильно ли застегнуты пуговицы на моей рубашке и одинаковая ли обувь на моих ногах. Однажды я пришла в разных кроссовках и заметила только к обеду, когда Магда сказала мне об этом.

Однако все это была исключительно приятная рассеянность. Мне нравилось это состояние невесомости, потерянности во времени, розовый фильтр везде, куда бы я ни посмотрела. И ни крах отношений с родителями, ни воспоминания о моей прошлой жизни с Дереком, ни извечно кислые взгляды моей коллеги Девлин, которые она на меня бросала, – не могли вытеснить из меня счастье.

У меня его было больше, чем я могла усвоить, больше, чем обычный человек вообще способен осознать.

Но видимо жизнь устроена так, что все хорошее так или иначе будет уравновешено вещами не столь приятными. Случилось то, что иногда случается с другими, но мы не думали, что может случиться с нами: Эми перепутала файлы, и в печать ушел ее шуточный гороскоп, который мы с ней, хихикая, написали накануне сдачи номера в типографию.

Эндрю матерился, рвал и метал, стажеры старались не поднимать головы, воздух искрил от пропитавшего его электричества.

– «Рыбы в феврале наконец дождутся безболезненных месячных и в кои-то веки нормального секса. Научатся носить береты и отбивать подонкам яйца! – цитировал Эндрю сквозь зубы, потрясая свежим номером и смертельно бледнея. – Все шлюхи мира, независимо от зодиакальных знаков, будут счастливы. У Близнецов никогда не закончатся сигареты, как, впрочем, и у остальных знаков зодиака, а если и закончатся, то бог пошлет им щедрое утешение: марихуану, коньяк и анимированное порно.

Не повезет только одному знаку зодиака: Скорпионам, которых в этом месяце ждет интоксикация от их собственной высокомерности и странная сыпь на половых органах. А также, вероятно, геморрой. От геморроя помогают фиалки и музыка Шопена, но это не точно…» А теперь я хочу знать, кого уволить за это и прямо сейчас! – закончил Эндрю, швыряя журнал на пол.

Эми выбежала из кабинета, и я нескоро нашла ее в подсобке, где хранили пакеты с кофе, упаковки чая и сухие овсяные завтраки.

– Это конец, – прошептала она, когда увидела меня.

– Успокойся, Эндрю уже отошел, весь офис в эйфории, а читатели «Зумера» наконец-то дождались оригинального гороскопа.

– Какое унижение… Я, наверно, пойду свои вещи паковать, – простонала Эми.

– Эндрю остыл, говорю тебе. Выпил валерьянку, послушал Моцарта и уже прекратил плакать.