Цианид

Что она имела в виду, бросив мне «обомлеешь, когда узнаешь»?

Ответ на свой вопрос я получила ровно через два дня, и Девлин оказалась права: я действительно обомлела.

В среду вечером после работы я вышла на крыльцо и набрала Митчелла. Он обычно забирал меня: не хотел, чтобы Дерек снова подловил меня у офиса.

Митчелл сказал, что будет через пять минут, так что я просто стояла на крыльце, смотрела на черное небо и придумывала, что бы нам вдвоем приготовить на ужин.

Вечерний полумрак прорезали фары и на парковку заехал… нет, не Митчелл.

Черный «мустанг», от одного вида которого меня бросило в холодный пот. Дерек снова был здесь. Снова посмел явиться сюда.

Я панически отступила назад и наткнулась спиной на кого-то. Резко оглянулась и увидела Девлин, которая бросила парочку ругательств мне прямо в лицо.

– Твою мать! Смотри, куда пятишься, Энрайт! – Она обошла меня и зашагала вниз по ступенькам.

Прямо к машине Дерека.

Когда она открыла дверцу, меня просто к земле пригвоздило.

А когда склонилась и поцеловала его, я подумала, что мне точно не помешал бы стул, чтобы присесть. Секундой позже машина выехала с парковки и растворилась в плотном вечернем трафике.

Когда приехал Митчелл, я едва слова могла складывать в предложения.

– Ты бледная. Все окей?

– Я только что увидела, как аллигатор утащил антилопу на дно. Прямо посреди Дублина.

Я места не находила себе весь вечер и всю ночь. Девлин была своенравной, капризной, завистливой девчонкой, с которой у меня не получалось найти общий язык.

Но я никогда не желала ей зла, ни разу у меня не промелькнула мысль, что она заслуживает страданий или ужасных отношений. Их не заслуживает ни одна женщина независимо от того, нравится она мне или нет.

На следующий день, едва переступив порог офиса, я тут же пошла разыскивать Девлин. Та сидела на своем обычном месте, говорила по телефону и поливала свой лимон, который по слухам сама вырастила из семечки.

– Мы можем поговорить, Девлин? – спросила я.

Она закатила глаза, шепнула в трубку «Пока, милый, и я тебя» и повернулась ко мне, изображая на лице фальшивую улыбку.

– Судя по твоему кислому лицу, ты уже в курсе, Энрайт.

Я взяла стул и села напротив.

– Ты не представляешь, во что ввязываешься, – сказала ей тихо я.

– И во что же? – усмехнулась она.

– Дерек может быть жестоким. Очень. У него проблемы с самоконтролем и своеобразное понимание того, что есть страсть.