Цинковые мальчики

Поднимается ветер - афганец, на расстоянии вытянутой руки мгла, темнота, ты слепой. Принесут кашу, в котелке половина песка из-за этого афганца. Через несколько часов - солнышко, горы. Никакой войны. Пулеметная очередь или выстрел из гранатомета, щелчок снайпера. Двоих нет. Постояли, постреляли. Двинулись дальше. Солнышко, горы. Никакой войны. Двоих нет. И блеск исчезнувшей в песках змеи. Рыбий блеск...

Даже если рядом свистят пули, что такое смерть, ты еще не представляешь. Лежит в песке человек, а ты его зовешь.

.. Ты еще не понял... Внутренний голос подсказывает: "Вот она, смерть... Вот она какая..." Меня ранили в ногу. не так сильно, тогда мне так казалось. Подумал: "Я, кажется, ранен". С удивлением подумал, спокойно. Нога болит, но еще не верится, что это уже и со мной произошло. Еще новенький, еще хочется пострелять. Хотел героем вернуться. Взяли нож, разрезали голенище сапога - мне вену перебило. Наложили жгут. Больно, но показать, что больно, я не мог, не уважал бы в себе мужчину, поэтому терпел. Когда бежишь от танка до танка - это открытая местность, метров сто. Там обстрел, там камни крошатся, но я не могу сказать, что я не побегу или не поползу. Я бы себя не уважал как мужчину. Перекрестился - и побежал... А тут в ботинках кровь, везде кровь. Бой еще продолжался больше часа. Выехали мы в четыре утра, а бой кончился в четыре часа дня, и мы ничего за это время не ели. У меня руки были в собственной крови, меня это не смущало, ел белый хлеб этими руками. Потом мне передали, что друг мой скончался в госпитале. ему пуля попала в голову. Я был начитанным, я представлял, что раз он погиб, то через несколько дней на вечерней поверке будет так - кто-то, может быть, за него ответит: "Дашко Игорь погиб при исполнении интернационального долга". Он тихий был, Героем Советского Союза не был. Но все равно его не должны были сразу забыть, вычеркнуть из списков...

ком я вам сейчас говорил? Об Игоре Дашко... Я смотрел на него, лежавшего в гробу... Жалость уже ушла... Я долго смотрел, вглядывался, чтобы потом вспоминать.

..

Из тех дней, когда домой вернулся...

Приехал в Ташкент, пришли на вокзал - билетом нет. Вечером договорились с проводниками: дали им по пятьдесят рублей, сели в поезд и поехали. Нас было четыре человека в вагоне и два проводника, каждый получил по сто рублей. Бизнес ребята делают. А нам было наплевать. Мы смеялись беспричинно, а внутри: "Живые! Живые!"

Дома открыл дверь, взял ведро и пошел за водой через двор.