Цыганочка, ваш выход!
4 прочтения
– Та тю! – отмахнулся Глоссик. – Ей с четырнадцатого году про меня такое все, кому не лень, рассказывают! Уж привыкла, не сильно расстраивается…
– Может, поедешь всё-таки к матери-то? – всё ещё не мог успокоиться Беркуло. – Пусть обрадуется! Она одна сейчас в Одессе, голодуха там…
– Та сейчас! Я от ней всю жисть слухаю, что, мол, будь проклят тот песочек на Ланжероне, где мне тебя, босяк, заделали! – от души расхохотался Глоссик. – Не… Я вот на тебя полюбуюсь – и до Новочеркасска, дело у нас с корешками там.
Только сейчас Беркуло заметил остальных: ещё трое человек сидели возле костра, негромко переговариваясь и поглядывая на цыган. Двое из них, в серой, грязной солдатской форме, в выгоревших фуражках без кокард, показались Беркуло не то демобилизованными казаками, не то просто дезертирами. Но, взглянув на тёмно-смуглое, перерезанное рваным шрамом, жёсткое лицо третьего гостя, Беркуло сразу же понял, что это тоже цыган. На вид ему было около тридцати. Карман куртки недвусмысленно топырился.
Незнакомец ответил не сразу, и на какой-то миг Беркуло даже показалось, что он ошибся и перед ним всё же гаджо. Он был уже готов извиниться, когда гость отрывисто сказал:
– Слышал про тебя, – помолчав, сказал Беркуло. До него действительно доходили слухи об этом цыгане, который не жил при таборе и предпочитал иметь дела с русскими ворами, приняв блатной закон. То, что Мардо появился здесь в компании Глоссика и беглых солдат, только подтверждало его репутацию.
– Что ж, живы будем – не помрём! – усмехнулся Беркуло и жестом пригласил гостей к костру, возле которого уже суетились, собирая ужин, женщины. – Садитесь, дорогие, поснедаем что там бог послал, выпьем! Кежа, ну, долго там ещё?!
За ужином засиделись допоздна. Съели всё, что наварили женщины, выпили две бутылки кислого вина. Гости пили осторожно, Беркуло знал эту привычку воров и не настаивал, тем более что напиваться допьяна было особенно и нечем.
– Смолякоскирэ какие-то, не знаю их, – закончил рассказ Беркуло и покосился на Мардо. – Не родня тебе?
– Может, и родня, кто их знает… – зевнул тот, отворачиваясь.
И больше Беркуло ничего спросить не успел, потому что чуть поодаль, у своего шатра, вполголоса запела Кежа.
