Ты мой закат, ты мой рассвет

Честно говоря, когда выбирал его еще месяц назад, он был мельче и какой–то… несуразный с этими своими огромными ушами–локаторами и огромными глазами. На сайте питомника вообще выбрал темно–серого, один в один похожего на своего папашу, и договаривался как раз на него. А когда приехал в питомник, серый даже морду в мою сторону не поднял, зато откуда–то вылезла эта мелкая белая глиста и все время, что я разговаривал с владелицей, не отходил от меня ни на шаг Потом провел до двери. А вечером позвонила хозяйка и со смехом спросила, не хочу ли я взять белого вместо серого, потому что глист так и остался сидеть около двери, видимо, дожидаясь моего возвращения.

Он был меньше серого.

И не такой мордатый.

Но почему–то очень сильно напоминал моего замороченного Очкарика: она так же выбегала мне навстречу, ходила за мной хвостом, провожала и радовалась возвращению. У этой парочки были все шансы подружиться. А что там с характером у серой безразличной скотины — хрен его знает.

Поэтому я согласился взять белого.

И не прогадал, потому что прошедший месяц мелкая глиста подросла, оформилась и стала даже мордатее серого.

Я мысленно прикладываю ладонь к лицу, как чувак из известного интернет–мема, и с опозданием слышу голос матери:

— Антон, то, что у тебя отрицательные тесты не означает, что через пару недель у тебя снова не начнется аллергия. Ты же помнишь про накопительный эффект? И что, когда у нас был Макс, с ним первое время тоже все было в порядке.

До Нового года остались считанные часы, недавно приехали родители жены полчаса назад — мои мать с отцом.

Пока Йени со своими двоюродными сестрами — кстати, вполне вменяемыми, как оказалось — накрывает на стол, я помогаю матери разобрать привезенные ею угощения. Пара моих любимых салатов и запеченная с какой–то душистой хренью буженина.

Кстати, мать Йени тоже ее привезла.

И я вот прямо жопой чувствую, что без битвы за первое место между свекровью и тещей сегодняшнее застолье точно не обойдется.

Радует только то, что мы с Очкариком уже договорились забыть о семейны; праздниках по крайней мере до Дня рождения ее отца.

Отбудем «дни почета» и (чистой совестью забьем на всех болт с резьбой.

— Я понимаю, что твоей жене скучно сидеть дома, Антон, но это не повод…

— Мам, это я купил кота, — притормаживаю ее заботу. Знаю, что она не со зла, но справедливости ради, особой любви к невестке в ней тоже нет. Как, впрочем, и ее матери Йени нет очень уж теплых чувств ко мне. — Моя была идея.