Ты мой закат, ты мой рассвет

Мне ставят срок на конце июля, и осталось совсем немного, но чем ближе заветная дата, тем страшнее мне становится. Хоть сейчас к этому вроде как нет никаких поводов. Кроме самого главного — моя беременность все еще под угрозой. Зато всевозможные тесты и скрининги, которые делали мне и ребенку, показывают, что у него нет никаких патологий в развитии.

УЗИ, которое мне делали пару дней назад, показало, что у нас будет девочка.

Мне и раньше говорили, что скорее всего будет именно девочка, но пока не было полной гарантии, я предпочитала не развивать тему.

И вот теперь абсолютно стопроцентно известно, что мы с моим майором ждем дочку.

Даже не знаю, как сказать об этом мужу, потому что он явно настроен на будущего товарища по всяким мальчишеским играм и любит поворчать, что ему достаточно одной сопливой девчонки, чтобы разводить мокроту.

Когда Антон заезжает за мной около двух часов дня, на улице как раз заканчивается дождь, и умытое после затяжной недели ливней небо такое сочно–голубое и яркое, что белоснежные пушистые облака на нем хочется зачерпывать ложкой, как воздушный десерт.

Я ненадолго останавливаюсь на крыльце, прижимая к груди свою толстую рабочую тетрадь, поднимаю голову и подставляю лицо солнцу. Хочется просто надышаться этими последними весенними днями, прежде чем наступит лето, на которое уже состряпали всяких грустных прогнозов: ливни, грозы, холод и слякоть. И, конечно, очередная комета, которая может уничтожить Землю, если столкнется со случайно космической пылинкой и изменит свою траекторию.

— Между прочим, я тут тебя встречаю, а не где–то там, — слышу любимый голос и тут же расплываюсь в счастливой улыбке.

Даже ворчание уже стало каким–то родным, хоть последнее время я слышу его то по телефону, то по видеосвязи.

Антон встречает меня с огромным синим шаром, на котором нарисована забавная злая рожица с рожками. Видимо, его собственной рукой, потому что на костяшках мизинцев до сих пор остались следы черного маркера.

— Это так мило, — нарочно преувеличенно фонтанирую ванилью и протягиваю руку к наполненному гелием шару.

Антон удивленно поднимает брови и отводит мою руку.

— Хватит наглеть, женщина. Кроме тебя мне еще есть кого встречать из этого сумасшедшего дома.