Ты предназначена мне

В момент, когда она пошла вперёд, и мы на секунду остались одни, я спросила сквозь зубы:

— Ты ведь не просто так пришёл, Рус. Что опять задумал?

— Решил попробовать твою стряпню, — отозвался он, глядя на меня с чуть заметной усмешкой. – Раз уж тебе всё это действительно нравится, — сказав это, он пошёл вслед за Франческой, мне пришлось сделать то же самое.

Внутри вдруг появилось ощущение, что день этот будет не просто сложным. Что-то будет. Что-то такое… Только вот что?

— Хорошо, — улыбнулась я Франческе, когда она, указав мне на большое блюдо с запечённым в сливках и посыпанным зелёным луком картофелем, жестами показала, что его нужно вынести к столу.

Столы были накрыты во дворе дома семьи жениха, где и проходили свадебные гуляния. Прямо на лужайке освободили место для танцев, и теперь там под зажигательную, выводимую на аккордеоне мелодию, выплясывало несколько парней, среди которых были и оба брата Януша.

Подойдя к одному из столов, вдоль которого тянулась деревянная скамья, я поставила блюдо.

Не знаю точно, сколько собралось на свадьбу народа, но что-то подсказывало мне, что тут был едва ли не весь посёлок. Даже рыбаки, чей черёд сегодня был выходить в море на промысел, устроили себе выходной. Весь минувший вечер и сегодняшнее утро мы с Франческой не уходили с кухни. Холодные закуски, горячее… В воздухе пахло свежей выпечкой, мясом и счастьем.

—  Давай к нам, — махнул мне один из рыбаков, когда я, задержавшись у стола, бросила взгляд в сторону новоиспечённых супругов.

Маргарита, как и положено невесте, была в белом.

Платье её, простое и достаточно скромное, не отвлекало внимания от самой невесты, Януш же уже успел скинуть пиджак и теперь, избавившись и от галстука, тянул её к танцующим.

— Горько! – закричал кто-то из гостей. Следом раздался громкий свист, хлопки десятков рук. – Горько! – подхватили остальные. – Горько!

Не медля, жених сгрёб Риту в охапку и под неутихающие выкрики прижал к себе. Губы их соприкоснулись, ладонь его оказалась на её талии. Белая фата полетела на траву к ногам, но их это не остановило.

— Горько! – смех и свист. – Давай, мужик! Горько-горько!

Рядом со мной оказался старший брат Януша. Подал большой бокал с холодным вином.

— Горько! – рявкнул едва ли не над ухом так громко, что я дрогнула.

Музыка не затихала. Наоборот, аккордеон, как будто не отставая, подхлёстывал общие крики.  Смеясь, Маргарита оттолкнула Яна. Немного смущённо посмотрела на гостей. Ян же, довольный собой, протянул ей бокал.