Ты же ведьма!

И войска Аврингроса Пятого отражают ее атаку. Что впервые за тысячелетнюю историю молчаливого противоборства две империи решились на открытый конфликт.

В крыло врезалось копье. Пущенное с нечеловеческой силой, оно взлетело ввысь, задев меня, и именно оно дало понимание: я все еще в лабиринте. А вслед за пониманием из глубин памяти пришло и подзабытое знание. Здесь я — это мои мысли. И я формирую не только реальность, но и время. А что, если…

Сосредоточилась. Настолько, что на это ушли все мои силы. Тело изменило форму, исчезли крылья.

Исчезло поле битвы с его копотью, кровью, смертью. Все. Кроме бездонного колодца. Того самого, в который я падала, шагнув за грань сознания. Решившись вновь войти в лабиринт. Но на этот раз мое падение было вверх, а не вниз.

Словно время, чей клубок до этого разматывался, я начала сматывать, будто песок из открытой ладони не сыпался вниз, а лился в руку.

Всего один шанс. Шанс на то, что мое «время наоборот» совпадет с тем мигом, когда в этом бездонном колодце оказался Эрриан.

Я увидела его. Миг, что короче вспышки молнии. Когда я и он оказались рядом. Кто первый из нас среагировал — не знаю. Я только почувствовала, как мои пальцы вцепились в его запястье, а мою другую руку схватила его рука.

Рывок… Руки едва не вывернуло из суставов. Мой взлет. Его падение. Безвременье лабиринта вокруг. Мы летели. Уже вместе. Эрриан крепко держал меня за талию. И я была уверена: что бы ни произошло — не отпустит. Ни за что. Никогда.

— Зачем? — только и спросил он.

— Потому что Эйта сказала, что ты отдал мне мету, забрав взамен мою.

И теперь, по законам темных, я твоя жена. А мы, светлые, своих мужей не бросаем. И готовы пойти за ними хоть в ссылку, хоть в безумие, — выдохнула я ему в губы. И я была бы не я, если бы ехидно не добавила: — Пойти и испортить мужу и каторгу, и помешательство.

— Магда, с тобой я готов быть где угодно. Ты моя ведьма. Единственная.

Вот уж не думала, что для того, чтобы услышать признание в любви, мне нужно будет повторно сойти с ума.

— Тогда, может, ради единственной меня ты найдешь выход отсюда? — задала я насущный вопрос.

— Как? — Эрриан был краток.

— Это твое сумасшествие. Реальность здесь формируешь ты! Ты, и никто больше!

Я не стала добавлять: судя по тому, что мы никак не можем приземлиться, внизу нас ждет что-то фееричное. Кажется, мои страхи, по сравнению со страхами Эрриана, были весьма невинны.

Не успела подумать, как мы упали. Но, даже ударившись, темный не отпустил меня.